Караганов был в обычном своем любимом черном одеянии, и в эти минуты Василию 
показалось, что такая одежда ему очень подходит. Генерал пристально посмотрел в 
глаза Ромашкину и холодно молвил: 
 — Сентиментальность в нашей работе неуместна. Их личную жизнь пусть они 
устраивают сами. Когда он работал в нашей стране, ты думаешь, он щадил наших 
людей? 
 За несколько бесед был разработан план вербовки Кларка. В нем было два 
варианта. «Спокойный», когда Кларк, сломленный компроматом, согласится работать 
на нас; документы ему покажут, что он фактически уже давно работает на 
советскую разведку. Второй вариант — Кларк начнет вилять, чтобы протянуть время 
и придумать возможность отвертеться. Не исключено, что он явится с повинной на 
своей службе и ради смягчения своей вины заложит советского вербовщика. Этот, 
самый худший и нежелательный вариант мог обернуться так, что Кларк захочет 
немедленно схватить Ромашкина и сдать его контрразведке. 
 — Что будешь делать в этом случае? — спросил Караганов, прищурив глаз. 
 — Буду стрелять! — мгновенно ответил Ромашкин. — Никто не знает о моем визите. 
А я как пришел, так и уйду незаметно. Дом у них свой, окружен деревьями, я 
думаю, выстрела никто не услышит. И пистолет возьму с глушителем. Оставлять его 
живым нельзя, он меня и в посольстве достанет. А так поговорили и разошлись. 
Никто о моем существовании, кроме него, не знает, но он — мертвый. 
 — А Мэри? 
 — Ее в этот день дома не будет. 
 — Каким образом? 
 — Я приглашу ее на нашу спальную квартиру. 
 — Но по возвращении она поймет, что это твоих рук дело. 
 Ромашкин решил немного разнообразить тяжелый разговор: 
 — Один уважаемый человек однажды сказал мне: сентиментальность в нашей 
профессии неуместна. Тем более что мне после такой развязки, наверное, придется 
улетать первым же рейсом. 
 — Усвоил насчет сентиментальности, — похвалил генерал. — На всякий случай, 
конечно, не дай бог, если дело дойдет до такого варианта, для подстраховки мой 
заместитель Волосов на своей машине будет стоять недалеко от дома Кларка. 
 В воскресенье, когда все отдыхают дома, Ромашкин назначил свидание Мэри, на 
которое она согласилась с радостью. 
 Через полчаса он позвонил Кларку и представился издателем. 
 — Один из ваших приятелей сказал мне, что вы заканчиваете работу над 
воспоминаниями. (Такой разговор у Кларка был, но о нем Василий знал от Мэри.) 
Меня заинтересовали ваши мемуары. Я хотел бы побеседовать с вами и даже 
предложить контракт. 
 Кларк согласился на встречу, назвал свой адрес. Ромашкин приехал к нему на 
такси. Машина с подстраховкой двигалась вслед за ним.
 В доме Кларка произошло следующее. Встретившись в хозяином и обменявшись 
любезными приветствиями, Ромашкин прошел в кабинет и решил не тянуть время, а 
сразу ошарашить Кларка. 
 Вместо контракта на издание Василий выложил на стол несколько ксерокопий с 
документов, побывавших в сейфе хозяина дома. 
 Кларк побледнел и, как профессионал, понял, что это его гибель. А Ромашкин 
между тем продолжал выкладывать еще более «страшные» бумаги. 
 Наконец Кларк опомнился и решил откупиться — он даже не спросил, кто визитер и 
откуда у него компромат. 
 — Продайте мне это, — предложил Кларк. 
 — Я не могу это продать. 
 — Я вам дам столько, что хватит на многие годы, только оставьте меня в покое. 
 — Вы же понимаете, что я это делаю не по своей воле, у меня есть начальники. 
Самое безболезненное для вас —это избавить нас от опасной необходимости лазить 
в ваш сейф. — Ромашкин надеялся как-то выгородить Мэри, создать впечатление, 
что она непричастна. — Теперь вы будете сами снимать копии и передавать мне. 
 Кларк с ненавистью смотрел на Ромашкина: с каким наслаждением он всадил бы 
пулю в лоб этому вторгшемуся в его дом человеку. 
 — Меня интересует как коллегу, каким образом вы добывали эти документы? 
 — Очень просто. (И опять Ромашкин работал на Мэри.) У вас спальня на втором 
этаже. Спите вы с женой крепко. У вас нет ни прислуги, ни собаки. Я работал в 
кабинете на первом этаже спокойно. Даже копии снимал на вашем ксероксе, он 
работает бесшумно. 
 — А если бы я проснулся и вошел? 
 — Ну, тогда один из нас отправился бы на тот свет — се ля ви! 
 — А сейчас это не может случиться? 
 — Может. Но отправитесь на тот свет вы, потому что у меня оружие ближе. 
 Ромашкин откинул полу пиджака и показал пистолет. Чтобы снять напряжение, 
продолжал в шутливом тоне: 
 — Признаюсь вам, иногда я даже выпивал рюмочку виски, — Ромашкин показал на 
приоткрытую створку бара. — А вы, видимо, перед сном тоже выпивали, поэтому 
спали чертовски крепко. 
 — Но ключи! 
 У Ромашкина не было при себе ключей от сейфа Кларка, но он не растерялся, 
достал из кармана свою связку, в которой были ключи от его сейфа и машины, и 
потряс ею:
 — И от сейфа, и от квартиры, я приходил как к себе домой. 
 — Но как вы их добыли? 
 — Замок во входной двери у вас несложный. А дома вы в пижаму переодевались, а