представлениям этих сотрудников о собственной роли и собственных задачах – 
ответить на подрывную работу Советов собственными тайными операциями. Рей Клайн,
 один из сотрудников ЦРУ, видевший основную опасность в подрывной деятельности 
Советского Союза, и через тридцать пять лет не изменил мнения о том, какой 
должна была быть реакция США: «Соединенные Штаты столкнулись с ситуацией, когда 
мировая держава, выступающая против нашей системы правления, пытается расширить 
сферу своего влияния, используя методы тайной войны. Неужели Соединенные Штаты 
должны уподобиться человеку, втянутому в кабацкую драку, но ведущему ее по 
правилам маркиза Куинсбери?»(53)
 Когда война с Советским Союзом не состоялась, положение сотрудников, занятых 
тайными операциями, лишь окрепло. Получила всеобщее признание следующая точка 
зрения: Советский Союз приступил к подрывной деятельности по всему земному шару,
 и США должны принимать ответные меры. «Эта игра не имеет правил. Принятые 
нормы человеческого поведения не годятся, – говорилось в докладе специального 
комитета комиссии Гувера в 1955 году. – Мы должны учиться проводить подрывную 
работу, совершать диверсии, уничтожать наших врагов более хитрыми, изощренными 
и эффективными методами по сравнению с теми, которые используются против 
нас»(54). Дегуманизация противника стала постоянной политикой ЦРУ. Коммунизм 
должен был сдерживаться реальными действиями, предпринятыми в ответ на 
действительные или воображаемые подрывные акции Советского Союза. Зададим 
вопрос: сколько было действительных и сколько воображаемых акций?
 Как замечает профессор колледжа Магдалины в Оксфорде Р. У. Джонсон, самое 
любопытное в истории американской разведки состоит в том, что ей так и не 
удалось привести ни одного бесспорного доказательства тайных операций со 
стороны Советского Союза. «Не удалось обнаружить ни единой тайной операции КГБ, 
сравнимой по масштабам с заливом Кочинос или дестабилизацией режима Альенде в 
Чили. Ни одна разведка мира не может быть столь совершенной или настолько 
удачливой 40 лет кряду. Поэтому неизбежно напрашивается вывод о том, что КГБ 
крайне редко прибегает, если прибегает вообще, к тайным операциям. Столкнувшись 
с мятежным клиентом – как США с Никарагуа или с Чили, – Советский Союз 
осуществляет открытое военное вмешательство (Чехословакия, Венгрия) или 
позволяет мятежникам идти избранным ими путем (Югославия, Албания)». Джонсон 
считает исключением лишь путч Ярузельского в Польше, который планировался и 
воплощался в жизнь по лучшим сценариям ЦРУ(55). Но это может лишь означать, что 
русские кое-чему научились у американцев.
 Кажется, что русское пугало если и не создано ЦРУ, то, во всяком случае, 
получило статус гиганта лишь для того, чтобы оправдать существование в 
структуре Управления отдела по проведению тайных операций. Это сделали в 
основном честные люди с самыми благими намерениями, хотя карьерные мотивы, 
желание расширить свою организацию также, несомненно, явились немаловажными 
факторами. Вероятно, создание и быстрый рост ЦРУ являлись неизбежными в 
условиях процесса деколонизации в послевоенном мире и получения Америкой 
статуса великой державы. То, что УСС считало британским империализмом, 
превратилось в оправданную борьбу против инсургентов, когда к ней приступило 
ЦРУ.




 Глава 12
 СИС:ПРЕДАТЕЛЬСТВО И УПАДОК



 Чтобы изменить им, вы прежде всего должны входить в их число. Я же никогда в 
их число не входил. Всю свою взрослую жизнь я следовал одной линии. Борьба 
против фашизма и против империализма в своей основе одно и то же.

    Из интервью, взятого Мюрреем Сейле у Кима Филби. «Сандитаймс», 17 декабря 
1967г.


 Самым ярким проявлением упадка СИС и МИ-5 явилось не предательство, а своего 
рода национальное самомнение, которое с сожалением отмечали наиболее 
проницательные и враждебно настроенные сотрудники разведки в Вашингтоне.

    Энтони Веррье. «Сквозь зеркало» (1983 г.)

 Великобритания не без сопротивления восприняла роль, отведенную ей историей 
после 1945 года. Лидеры обеих ведущих партий считали, что страна должна 
продолжать вести себя, как подобает великой державе. Однако реальность 
оказалась иной, у Англии не было ни воли, ни ресурсов для проведения такого 
курса. В этих обстоятельствах казалось, что разведывательные службы могут 
предложить простой выход и что СИС без больших затрат сумеет поддержать 
положение Великобритании в изменившемся мире. Верилось – разведка поможет 
стране защитить ее жизненные интересы. Империя может распасться, США и 
Советский Союз, возможно, станут мировыми державами, но Британия останется 
великой благодаря блефу и ловкости рук.
 Новая роль, которую отводило СИС первое послевоенное (лейбористское) 
правительство, вызвала у Стюарта Мензиса, руководителя разведки военных лет,