претерпела столько страданий в борьбе за тот же идеал. 

Правда, нашему участию в войне в какой-то мере мешал отказ от своей 
ответственности тех, кого было принято называть нашей элитой, а также измена 
некоторых отщепенцев, презревших свое прошлое и связавших свою судьбу с 
трагедией военного поражения. Но французский народ, единственно правомочный 
быть их судьей, скажет свое слово, предъявит все счета и потребует их оплаты. 

Но наш упадок сил, не явился ли он одним из результатов тех неисчислимых потерь,
 которыми мы оплатили наше решающее участие в последней войне, с самого ее 
начала и до самого ее конца. Мы пошатнулись теперь, это правда! Но не следует 
ли искать причину всего этого в том, что двадцать два года назад мы не пожалели 
своей крови, чтобы защитить других, так же как мы защищали самих себя? 

Что стало бы с миром и на этот раз, если бы французская нация не осталась 
верной делу свободы? Вот почему Франция, сознавая, чем она обязана своим 
друзьям и чем ее друзья обязаны ей, полна решимости не только снова обрести 
свое величие - и она чувствует, что обладает достаточными силами для этого, - 
но обрести его в мире справедливости и здравого смысла. Франция претендует, в 
общих интересах, на подобающую ей роль в общем урегулировании в связи с 
приближающейся развязкой военной трагедии. 

Осуществляя задачу управления, чтобы вести французский народ и Французскую 
империю к победе в войне, Комитет национального освобождения в то же время 
сознает и свою священную обязанность добиться, чтобы голос нашей страны был 
услышан и за ее пределами. В этом Комитет единодушен, как единодушна сама нация,
 потому что французы всегда согласны между собой, когда они следуют только 
призыву родины. 

Сообщение генерала де Голля членам Комитета национального освобождения 

25 сентября 1943 

Условия, в которых были подготовлены и в настоящее время выполнены почти 
независимо от Комитета национального освобождения операции по освобождению 
Корсики, лишний раз показывают, что Комитет в том виде, в каком он учрежден и 
функционирует, не в состоянии реально выполнять роль правительственного органа. 


Это бессилие, с моей точки зрения, объясняется двумя взаимозависимыми причинами.
 Первая из них заключается в отсутствии общепризнанного и организованного 
руководства, в результате чего Комитету не удается определить свою политику по 
основным вопросам, а если он определил ее в отношении того или иного вопроса, 
то за выполнением решения не устанавливается никакого эффективного контроля. В 
этом отношении характерно дело Корсики. 

Вторая причина - независимость военного командования от правительственного 
органа. Такое положение противоречит существу наших вековых институтов и нашим 
действующим законам, и оно приводит к тому, что сосуществуют и противодействуют 
друг другу две политики. Известные Комитету многочисленные и серьезные 
инциденты подтверждают это. 

Много раз я настойчиво обращал внимание Комитета на эти серьезные пороки. Но у 
нас не хватало мужества дойти в наших решениях до самого существа вещей, и мы 
ничего не решали, довольствуясь тем, что необходимую реформу пытались заменить 
формулами или фикциями. 

Несомненно, обстоятельства, в которых создавался Комитет национального 
освобождения, а также оказываемое на него иностранное давление не могли не 
влиять отрицательно на эту несовершенную организацию и не порождать жалких 
уверток и колебаний. Мы слишком долго топчемся на месте. Страна, самое 
существование которой поставлено на карту, и которая вверяет себя Комитету 
национального освобождения, чтобы он направлял ее усилия в войне и указал ей, 
что делать после достижения победы, никогда не простила бы нам подобной 
неуверенности. Ответственность должна быть определена и принята. Что же 
касается меня, я больше не могу в таких условиях осуществлять свою 
ответственность. 

Выход, очевидно, напрашивается следующий: 

1) избрание председателя Комитета, который будет выполнять свои функции в 
течение определенного времени и располагать реальной и определенной властью как 
в отношении руководства деятельностью Комитета, так и в отношении контроля над 
его деятельностью, в том числе, конечно, и военной. Это предлагается взамен 
двойного представления, которое могло быть терпимо в определенный момент и в 
определенных условиях, но которое теперь стесняет осуществление власти, 
порождая разногласия, придает Комитету необычный вид. Подобный порядок не 
практикуется никаким другим правительством в мире; 

2) в военной области разграничение власти правительства (комиссариат) и власти