Ответ финского правительства на ноту долго обсуждали. 7 октября президент Рюти 
приехал ко мне в Ставку. В разговоре с ним мы, прежде всего, обсуждали ответ на 
ноту и его форму. Требование, касающееся отвода войск за границу 1939 года, нам 
пришлось отвергнуть, но в остальном нота была выдержана в весьма дружественных 
тонах. Правительство Финляндии подчеркнуло, что Советский Союз, начиная с 1939 
года, являлся нападающей стороной и что Финляндия ведет оборонительную войну, 
не преследуя политических целей. Поэтому правительству трудно понять, что 
Англия в такой ситуации якобы вынуждена поступать с Финляндией как с прямым 
противником. Ближайшие месяцы показали, что этот вопрос еще не снят с повестки 
дня. 

Когда переговоры в Ставке были завершены, мы вместе с президентом, 
премьер-министром и министром обороны выехали на Карельский перешеек, где 
посетили Тайпале. ставший столь знаменитым во время Зимней войны, а также 
побывали еще на нескольких полях бывших сражений. 

После захвата 1 октября Петрозаводска я отдал приказ о дальнейшем продвижении 
на север на рубеж узкого перешейка Маселькя, расположенного между Онежским 
озером и Сесозером. Местность здесь предоставляла прекрасную возможность для 
организации обороны от нападения с северо-востока. Выдвинувшиеся войска, 
усиленные одной дивизией, переброшенной с Карельского перешейка, подчинили 
генерал-майору Лаатикайнену, которого вместе со штабом армейского корпуса 
перевели с Карельского перешейка и передали в распоряжение командующего 
Карельской армией. 

Согласно моему плану, наступление следовало прекратить, как только войска 
выйдут на перешеек Маселькя, который являлся последним стратегическим рубежом, 
определенным планами на начальной стадии войны, и займут там позиции. 6 октября 
я отдал Карельской армии следующий приказ: 

а) сразу, как только в результате проводимой на перешейке между Онежским озером 
и Сесозером операции войска выйдут на юге на железнодорожную станцию 
Медвежьегорск, а на севере на станцию Маселькя, приказываю прекратить 
наступление и одновременно занять здесь выгодные оборонительные позиции; 

б) полки и прочие части и подразделения, которые во время наступления были 
переведены в чужие оперативные соединения, возвратить обратно, как только это 
будет возможно; 

в) переход к обороне, с одной стороны, преследует цель дать возможность войскам 
заслуженно отдохнуть, а с другой — сделать возможным осуществление некоторых 
организационных мероприятий, приказ о которых будет отдан позднее. 

Наступая в направлении перешейка Маселькя, 2-й армейский корпус встречал 
упорное сопротивление, в дополнение к чему ранняя зима, а также протяженные и 
недостаточные пути снабжения ставили войска перед суровыми испытаниями. В 
течение октября велись тяжелые бои между Шуей и Кяппяселькя, но прошло немного 
времени и наши войска, двигавшиеся с юга, оказались на подступах к 
Медвежьегорску. Войска, наступавшие со стороны Порозера, с боями продвигались к 
столь часто упоминавшемуся той осенью в сводках Цопинскому перекрестку дорог, 
расположенному в 15 километрах от Медвежьегорска. На этом этапе сопротивление 
противника стало еще более упорным, и только в декабре, после того как первая 
егерская бригада была переброшена со Свири под Цопин, наступление, поддержанное 
танками, решило судьбу Медвежьегорска. 

До конца октября наши войска в Восточной Карелии продвинулись настолько, что я 
смог отдать приказ об организации бригады береговой обороны и на Онеге. 

Той осенью ко мне в Ставку в четвертый раз прибыл президент республики в 
обществе премьер-министра. Он ознакомился с положением на фронте и переговорил 
со мной об актуальных политических вопросах. 

На немецком восточном фронте в течение октября произошли значительные события. 
Овладев в сентябре Киевом, германские армии одержали победу в сражении на 
плацдарме между Брянском и Вязьмой, которое продолжалось со 2 по 17 октября. 
Еще 3 октября Гитлер заявил, что на восточном фронте началась решающая битва, а 
спустя несколько дней немецкие средства информации сообщили, что Советскому 
Союзу нанесен такой удар, от которого он уже не оправится. 

16 октября немцы обратились ко мне с просьбой отдать приказ 163-й дивизии 
подготовиться к наступлению через реку Свирь, точная дата которого будет 
сообщена позднее. Спустя некоторое время, когда немцы, видимо, решили захватить 
Тихвин, дивизии было приказано форсировать реку в течение двадцати четырех 
часов, считая с момента получения приказа. Достижение цели оказалось гораздо 
сложнее, чем предполагали немцы, и, когда Тихвин 9 ноября был взят, силы 
наступающих от упорного сопротивления русских ослабли в такой степени, что 
стало ясно: попытка наступления 163-й дивизии не принесет успеха. Уже 
чувствовалось приближение зимы, и 10 декабря немцы отказались от Тихвина. Так 
вопрос о продвижении в этом направлении, долгое время вызывавший споры, был 
снят с повестки дня.