То и дело от нее отделялись парные дозоры, чтобы удалить тех зрителей, которые 
не следовали общему примеру и недостаточно быстро расчищали путь перед 
седеньким старичком. 

- Vive Lepine! - слышались возгласы толпы. Публика, по-видимому, ценила фокус, 
которым префект доказывал свое могущество и бесстрашие. 

Само зрелище меня разочаровало. Грубо намалеванные макеты резали глаз, 
привыкший уже ценить чувство меры в изяществе парижских театров и кафешантанов. 
Милы были только улыбающиеся молоденькие девушки: одни в белых поварских 
курточках и колпаках на колеснице рестораторов, другие - с веночками из роз на 
колесницах парижских цветочниц. Было ясно, что церемония карнавала организована 
синдикатами торговцев в целях нарядной рекламы. Хорошо грело весеннее солнце, 
ярко пестрел цветочный рынок Маделен, и весело щебетали мидинетки. Никому из 
пресыщенных жизнью богатых парижан не приходило в голову выходить в подобные 
дни на бульвары. 

Через несколько дней мне пришлось узнать, что Лепин весьма заинтересовал одного 
из наших соотечественников, у которого возникло желание поглубже проникнуть в 
жизнь этого старичка. 

В распорядок дня в эту пору стала входить английская мода приглашать знакомых 
пить чай в пять часов, и вот на одном из таких приемов в красивом дамском 
салоне меня вызвали по телефону из посольства и просили отправиться без 
промедления в префектуру полиции: надо было освободить из-под ареста одного из 
наших генералов. 

Поднявшись по широкой и, как водится во всех французских казенных домах, 
мрачной и закопченной лестнице, я встретил на втором этаже полицейского 
чиновника, передавшего мне визитную карточку на французском языке. 

СКУГАРЕВСКИЙ 

Генерал генерального штаба 

Командир 8-го армейского корпуса 

Фамилию эту я часто слышал в детстве, когда отец был начальником штаба 
гвардейского корпуса, а Скугаревский - начальником штаба 1-й гвардейской 
дивизии. Через минуту в комнату вошел высокий, худой, статный старик с длинными 
седыми бакенбардами, довольно сурового вида. Я почтительно, сняв цилиндр, 
вытянулся по-военному и отрапортовал о своем служебном положении. Старик в 
сером неуклюжем пиджаке тоже автоматически встал "смирно", протянул руку и, 
насколько мог, приветливо извинился за свою оплошность. 

- Простите,- сказал он,- что, будучи в отпуску, я не нанес вам визита как 
военному агенту. 

Подобную военную вежливость молодые поколения русских офицеров давно растеряли. 


Из дальнейшего опроса участников этой "мелодрамы" выяснилось, что Скугаревский 
явился самолично в префектуру полиции и, предъявив визитную карточку, просил 
показать ему сперва рабочий кабинет префекта, затем его частную квартиру и 
больше всего интересовался размером получаемого Лепином жалованья и "суточных". 
Растерявшиеся чиновники, учитывая высокое служебное положение генерала в 
союзной стране, исполняли его просьбы, но когда наш старик захотел забраться в 
спальню Ленина, то у них возникло подозрение, и они, вежливо извинившись, 
просили "обождать" получения указаний от посольства. 

- Я ничего плохого не замышлял,- объяснил мне Скугаревский.- Мне просто 
хотелось убедиться, насколько скромно живет такой человек, как Лепин, дабы 
обличить наших губернаторов, которые, на мой взгляд, живут слишком роскошно и 
не заслуживают тех денег, которые на них тратятся. 

Инцидент был исчерпан. 

Исполнение должности военного агента офицером, только что прибывшим с театра 
войны, не могло пройти незамеченным во французском финансовом мире. Чуткость и 
наблюдательность являются главными качествами всякого финансиста, и для этих 
закулисных правителей Третьей республики интерес к России ослабеть не мог. Под 
предлогом военного союза против Германии эти господа слишком привыкли "стричь 
два раза в год на русских займах" покорных овец - подписчиков - и класть в свои 
карманы львиную часть от внесенных по подписке сумм. Для этого было необходимо 
всеми мерами создавать России кредит у тысяч мелких держателей займов. 
Лавочники и рантье должны были верить в кредитоспособность царского 
правительства. 

Руководил этим доходным делом один действительный тайный советник, при каждом 
торжественном случае надевавший через плечо темно-синюю ленту Белого орла (один