2-м корпусе было поколеблено, и войскам нужно было быстро вернуть уверенность в 
собственных силах. Для такого дела в армии не было более подходящей фигуры, чем 
генерал Паттон, в то время как в отношении Фридендолла у меня сложилось 
убеждение, что он больше подходил для работы по обучению войск в США, чем для 
руководства войсками в бою. Я порекомендовал генералу Маршаллу дать Фридендоллу 
пост командующего армией в США; позднее он получил там звание 
генерал-лейтенанта. 

Энергичность генерала Паттона и его строгая требовательность помогли ему быстро 
восстановить боевой дух и боеспособность 2-го корпуса. К тому же войска теперь 
имели опыт и стали ценить боевую выучку, дисциплину и решительность действий в 
боевых условиях. Были быстро восполнены наши потери в живой силе, танках и 
другой боевой технике, все восточные аэродромы вновь перешли в наши руки, и там 
уже находилась истребительная авиация. 

Условия зимней погоды и местности в пустыне были значительно лучше, чем на 
севере, и 8-я армия под командованием генерала Монтгомери могла продолжать свое 
наступление на запад с целью соединения с нашими войсками на правом фланге в 
Тунисе. Мы предвидели, что для осуществления этой задачи основное сражение 
войск генерала Монтгомери состоится на "линии Марет" - оборонительных позициях, 
в свое время построенных французами вдоль тунисской границы. Чтобы помочь 
генералу Монтгомери в этом сражении, генерал Александер приказал американскому 
2-у корпусу сосредоточить свои основные усилия в районе Гафсы и оттуда 
наступать в восточном направлении, с тем чтобы максимально отвлечь силы Роммеля,
 действовавшие против 8-й армии. Этот маневр дал ожидаемые результаты, 
поскольку Роммель не мог допустить оголения своих линий коммуникаций и был 
вынужден использовать значительную часть войск, чтобы обезопасить себя от 
подобной угрозы. 

В ночь на 20 марта генерал Монтгомери был готов начать наступление на "линию 
Марет". Последовало ожесточенное сражение, но благодаря блестящей и быстрой 
переброске войск в ходе разыгравшихся боев он внезапно обошел противника с 
фланга и стремительно погнал его на север. Вскоре части 8-й армии встретились 
на левом фланге с войсками 2-го корпуса генерала Паттона, которые тоже 
решительно наступали в восточном направлении. Наконец все наши войска были 
связаны единой линией фронта. 

После сражения на "линии Марет" я посетил генерала Монтгомери. Его 8-я армия 
представляла собой, вероятно, самую космополитическую армию, когда-либо 
сражавшуюся в Северной Африке со времен Ганнибала. Помимо англичан в ее рядах 
воевали шотландцы, новозеландцы, индийцы (в том числе гурки со своими длинными 
изогнутыми ножами, которыми они отрезали головы врагов), поляки, чехи, французы,
 австралийцы и южноафриканцы. Не все из них дошли до Туниса. В состав 8-й армии 
входили американские авиаэскадрильи, летчики которых были первыми американцами, 
принявшими участие в боевых действиях в Африке. Они участвовали в этой кампании 
от самого Эль-Аламейна. Во время визита к Монтгомери мне удалось поговорить с 
экипажами этих эскадрилий и позднее послать им кое-что из солдатской "роскоши", 
которой они были лишены во время длительного похода через пустыню. 

Стремясь отрезать пути отхода немцев перед фронтом 8-й армии, генерал 
Александер предпринял наступление через проход у Фондака на восток, в сторону 
моря. В этом наступлении участвовала расположенная на левом фланге американская 
дивизия 2-го корпуса. Всей операцией руководил командир английского корпуса. 
Эта американская дивизия не получила в свое время основательной боевой 
подготовки, а в боях ей не пришлось непосредственно участвовать, поскольку в 
течение многих недель ее части и подразделения выполняли задачи по прикрытию 
наших линий коммуникаций. Таким образом, ей впервые представилась возможность 
действовать в полном составе. Она получила трудную задачу и не справилась с ней.
 В конце концов прорыв вражеской обороны был осуществлен английскими 
соединениями, но оказался не особенно эффективным, поскольку немцы к этому 
времени сумели отойти в северном направлении. Командир английского корпуса 
генерал Джон Крокер перед представителями прессы подверг резкой критике 
неудачные действия американской дивизии. Это был почти единственный случай 
взаимных англо-американских обвинений в ходе Африканской кампании, но он очень 
насторожил нас, тем более что такая критика являлась совершенно ненужной. С 
помощью Александера мы приняли срочные меры, чтобы прекратить это. Ничто так 
часто и так легко не вызывает трений между союзниками, как бесполезные 
разговоры, особенно когда в них умаляется роль одного из союзников. 

Хотя это наступление и не оправдало наших надежд, но быстрый отход немцев на 
север привел к резкому сокращению линии фронта, и тем самым американский 2-й 
корпус оказался готовым для использования где-либо на другом участке. 

Возникли некоторые споры относительно пригодности 2-го корпуса для активного 
участия в заключительном сражении. В штабе Александера считали, что 
значительную часть корпуса следует направить обратно в район Константины для 
переподготовки. Действительно, некоторые части корпуса были еще относительно 
слабо подготовлены. Однако Паттон и я были уверены, что теперь корпусу можно 
поставить ответственную задачу. Американцы пришли в раздражение не столько 
из-за грубого обращения союзников с ними, сколько из-за оскорбительных и