А затем? Затем труднейший химический процесс отделения плутония от облученного 
урана. Целое производство, завод, выпускающий плутоний. При этом в ходе 
производства предстоит иметь дело с радиоактивными материалами - значит, встает 

проблема защиты людей. И не только людей, но и оборудования - в условиях 
радиоактивности ускоряется коррозия, образуются перекиси в водных растворах, 
нагреваются растворы, что затрудняет контроль за температурой в химических 
процессах.

Работы по сооружению первого мощного промышленного реактора, предназначенного 
для производства плутония в больших масштабах, шли успешно. Все выше 
поднималось 
здание оригинальной конструкции. После его постройки приступили к сооружению 
самого реактора. Объем работы был, конечно, значительнее, чем при создании 
первого реактора. Усложнилась конструкция активной зоны, была введена водяная 
система непрерывного охлаждения, устроена мощная защита, разветвленный контроль 

излучений, автоматика регулирования и остановки реакции и многое другое, без 
чего промышленный реактор не мог бы дать ядерного горючего.

Не всегда и не все шло гладко, как это вообще бывает в новом деле.

Научному руководителю приходилось нередко показывать личный пример в трудную 
минуту. Как-то возникла потребность пройти в радиоактивную зону. Защита была 
обеспечена, но рабочие что-то медлили, видимо, все-таки боялись радиации, о 
которой наслушались всяких страхов. Первым в зону пошел Игорь Васильевич.

Вскоре первый промышленный реактор был пущен, в его стержнях стал накапливаться 

плутоний. Выделение плутония в промышленных масштабах - задача очень трудная. 
Была разработана технология этого процесса: облученные стержни предстояло 
растворять в азотной кислоте, потом из раствора сначала извлекать уран, а за 
ним 
плутоний.

Расчеты ученых вскоре воплотились в производственные предприятия, и в нашей 
стране началось промышленное получение плутония...

Начало производства делящихся веществ имело историческое значение для нашей 
страны, для создания советского атомного оружия. Зарубежные специалисты 
утверждали, что Советский Союз, ослабленный войной, долго не сможет изготовить 
атомную бомбу. Они просчитались. А таких предсказателей было немало. В 1945 
году 
в США состоялось совещание виднейших американских ученых-атомников с участием Э.
 
Ферми, Р. Оппенгеймера, Э. Лоуренса, А. Комптона, на котором решался один 
вопрос: когда СССР сможет создать атомную бомбу? Они дали ответ: скорее всего 
через 10 лет. Генерал Гровс заявил в конгрессе, что в лучшем случае Советам для 

этой цели потребуется 15 - 20 лет.

Центральное разведывательное управление США летом 1949 года считало, что взрыв 
первой советской атомной бомбы произойдет не раньше зимы 1951 - 1952 года.

В сентябре 1949 года самолеты американских военно-воздушных сил доставили пробы 

воздуха, взятого на большой высоте. Предварительный анализ этих проб воздуха 
показал, что уровень радиоактивности в нем выше обычного. Пробу этого воздуха 
спешно направили в радиохимическую лабораторию. Вскоре результаты анализа 
показали, что в пробе содержатся осколки ядер плутония. Не было никаких 
сомнений 
- Советы произвели ядерный взрыв!

Президент Трумэн 23 сентября 1949 года заявил: "У нас есть доказательства, что 
недавно в СССР произведен атомный взрыв". С аналогичными заявлениями выступили 
английское и канадское правительства.

Сообщение ТАСС от 25 сентября 1949 года еще раз обратило внимание встревоженных 

господ из-за океана на заявление 1947 года о том, что Советский Союз уже открыл 

секрет атомной бомбы. И надо было верить реальным фактам, а не исходить из 
несостоятельных расчетов на длительное отставание СССР от США в производстве 
атомной энергии.

Как ни горька была пилюля, но агрессивным кругам Запада пришлось ее проглотить.

Действительно, над одним из советских полигонов осенью 1949 года был 
осуществлен