в обсуждении интересных экспериментов. Так, А. К. Вальтер и А. П. Ключарев 
изучали изотопный эффект в упругом рассеянии протонов ядрами. "Успеху работы 
способствовали, - пишут они, - использование линейных ускорителей протонов, 
применение мишеней из разделенных изотопов, обработка экспериментальных данных 
с 
помощью быстродействующей счетной электронной машины".

А. К. Вальтер и А. П. Ключарев рассказывали:



"Живой и неослабный интерес и действенная помощь И. В. Курчатова немало 
способствовали быстрому созданию и освоению линейных ускорителей в Харькове. 
Ему 
же мы обязаны большой помощью в получении набора обогащенных изотопов. Наконец, 

с одобрения и при поддержке Игоря Васильевича при обработке экспериментальных 
результатов была использована, кстати сказать впервые для нашего института, 
электронно-счетная машина, принадлежащая Институту атомной энергии АН СССР.

Большой интерес к этому циклу работ Игорь Васильевич проявлял с момента их 
постановки в 1955 году. В последний раз он принимал участие в обсуждении новых 
результатов меньше чем за месяц до своей безвременной кончины..."


29 января Игорь Васильевич прибыл в Киев. И сразу же поехал на прием к Н. В. 
Подгорному, которому высказал просьбу о помощи в строительстве, ведущемся в 
Харькове. Затем И. В. Курчатов отправился в Институт физики Академии наук УССР. 

Вместе с директором института М. В. Пасечником провел совещание, познакомился с 

ходом работ по сооружению реактора.

Потом в своей статье, опубликованной "Правдой" в день его смерти, он так 
отзовется о работах этого института и значении реактора:



"В институте физики выполнен цикл интересных работ по изучению рассеяния и 
захвата быстрых нейтронов атомными ядрами, существенно расширивший наши 
представления о строении ядра и ядерных превращениях. В этом институте 
эксплуатируется протонный ускоритель-циклотрон, и в ближайшие дни будет введен 
в 
эксплуатацию один из лучших в Советском Союзе ядерных реакторов".


В Москву Игорь Васильевич возвращался в отличном настроении. Чувство 
удовлетворенности от увиденного в научных центрах Харькова и Киева, сознание 
неугасимости идей, рожденных его трудом, энергией, сильно воодушевили Курчатова.


Когда он утром 30 января приехал в Москву, то сразу же, не заезжая домой, 
отправился в свой рабочий кабинет. Он был принят в Кремле. Вернулся довольный, 
радостно возбужденный. Его планы и предложения встретили полное одобрение.

Последующие дни были посвящены делам института, обсуждению экспериментов, 
проведенных в лабораториях, собственной работе на дорогой его сердцу "Огре".

Игорь Николаевич Головин в своих воспоминаниях воспроизводит слова И. В. 
Курчатова о месте термоядерного синтеза в общей работе института: "Главная 
задача нашего института - получение атомной энергии. Реакторы для получения 
плутония мы научились делать. Здесь больше нет проблем. Теперь их пусть 
проектируют конструкторские бюро, а мы будем постепенно освобождаться от забот 
о 
них. Силовые реакторы и реакторы для электростанций идут у Анатолия Петровича, 
Савелия Фейнберга и других "ребят" успешно. Еще на много лет они займут важное 
место в нашем институте. По мере решения этих проблем мы будем передавать их 
конструкторам. У себя оставим лишь темы проблемные, передовые.

Физика деления, физика легких атомных ядер? Это нам для энергетики нового 
ничего 
не даст. Но пусть украшают наш институт и мыслители. Грошев, Спивак, Певзнер, 
мой брат Борис сделают ценный вклад в физику классического атомного ядра. Пусть 

этот раздел мирно развивается. Многозарядные ионы и трансураны мы отправили в 
Дубну. Это очень хорошо. Там Флерову на международной арене работать легче.

Линейный ускоритель протонов? Ему не место в нашем институте. Хорошо, что 
продали его Алиханову! Циклотроны? Нечего их у нас проектировать! Это задача 
прошлого. Теперь без нас, физиков, их успешно строят инженеры. Высокие энергии,