— Путь держу я в Хорустан-Морустан
356
за войском великим. Войной пойду на двузубую старуху. Выбила она мне глаз из-за 
зернышка.

— А не возьмешь ли меня в товарищи?
— Почему бы и нет? ? ответил петух.
И пустились они в путь вместе. Шли они, шли, а навстречу им змея.
? День добрый! ? поздоровалась змея.
? Да чтоб твой род тобою кончился! ? рассердился петух.
— Не сердись. Лучше скажи, как тебя звать-величать? ? спросила змея.
— Величай меня Петух-ага.
— Куда путь держишь, Петух-ага?
— Путь держу в Хорустан-Морустан за войском великим. Войной пойду на двузубую 
старуху. Выбила она мне глаз из-за зернышка.
— А не возьмешь ли меня в товарищи?
— Почему бы и нет? ? отвечал петух.
И пустились в путь втроем.
Долго ли, коротко ли шли они, встретили скорпиона.
— День добрый, петух! ? поздоровался скорпион.
— Да чтоб твой род тобою кончился! ? рассердился петух.
— Зачем сердишься? Лучше скажи, как тебя звать-величать?
— Величай меня Петух-ага.
— А куда путь держишь, Петух-ага?
— Путь держу в Хорустан-Морустан за войском великим. Войной пойду на двузубую 
старуху. Выбила она мне глаз из-за зернышка.
— А меня не возьмешь в товарищи?
— Почему бы и нет? ? отвечал петух.
И пустились они в путь вчетвером. Шли они, шли, а навстречу им кизяк.
— День добрый, петух! ? поздоровался кизяк.
— Да чтоб твой род тобою кончился! ? сердито промолвил петух.
— Зачем бранишься? Лучше скажи, как тебя звать-величать?
— Величай меня Петух-ага.
— Кула путь держишь, Петух-ага?
— Путь держу я в Хорустан-Морустан за войском великим. Войной пойду на двузубую 
старуху. Выбила она мне глаз из-за зернышка.
— А не возьмешь ли меня в товарищи?
— Почему бы и нет?? отвечает петух, и стало их пятеро.
Пошли они войной на старуху. Змея обвилась вокруг стуна, скорпион заполз в 
башмак старухи, кизяк спрятался в тандур, а кот помочился на него.
Вернулась старуха домой, собралась ужин подогреть.
Подожгла она кизяк в тандуре, но размокший кизяк только дымил и никак не 
разгорался. Она лишь руки себе испачкала. Стала старуха обтирать руки о стун, 
тут ее ужалила змея. Побежала она башмаки надевать, скорпион ее в ногу укусил. 
Тут старухе пришел конец, а наша сказка вам уроком послужит.




174. Одному захотелось пореветь, другому ? порезвиться




Зап. в марте 1963 г. от Рзае Али (см. № 161).



У одного крестьянина были осел и верблюд, да такие тощие, что еле держались на 
ногах. Кормил их, кормил хозяин, все без толку, и решил он от них избавиться. 
Отвел он их в горы, да там и оставил.
Паслись они на свободе, сил набирались. Как-то говорит осел верблюду:
— Что-то мне сегодня реветь хочется.
— Что ты, брат осел, в уме ли? ? взмолился верблюд. ? Забыл, как нас мучили 
работой? Сейчас мы только еле спины выпрямили. Заревешь, люди услышат, тогда ? 
прощай свобода! Снова нас навьючат!
Заупрямился осел, заревел.
Шел мимо караван. Услышали люди ослиный крик, обрадовались:
— Вот нам и подмога!
Решили узнать, чей осел ревет. Видят ? пасутся осел и верблюд без присмотра. 
Навьючили их караванщики и тронулись в путь.
Долго они шли, осел устал, не может дальше идти. Тогда караван-баши приказал 
слугам взвалить осла на спину верблюда. Так добрался караван до глубокого 
ущелья.
— Брат осел, ? говорит верблюд, ? мне что-то захотелось порезвиться.
— Что ты, ? испугался осел, ? ведь я могу упасть и разбиться. Ради всевышнего, 
не делай этого.
— А вспомни, как я тебя просил не реветь, ? ответил верблюд, ? теперь моя 
прихоть.
Поднялся верблюд на дыбы и скинул осла в ущелье.