чти поголовно. Двадцать тысяч было убито, еще пять тысяч взято в плен. Здесь 
пал цвет македонской молодежи, и вместе с ней навсегда умерла слава Македонии 
(Ливий: 44; 41).

Тем временем Персей поспешно отходил к Пелле. Поначалу его сопровождали вся 
конница и двор. Но когда всадников настигли пехотинцы и стали осыпать их бранью,
 
обвиняя в трусости и измене, стаскивать с коней и избивать, царь испугался, 
свернул с дороги и, желая остаться незамеченным, снял багряницу и положил ее 
перед собой на седло, а диадему взял в руки. В конце концов, он даже сошел с 
коня и повел его в поводу - чтобы легче было беседовать с друзьями. Но, 
пользуясь темнотой, те один за другим разбежались, страшась не римлян, а 
крутого 
нрава Персея: ожесточенный несчастьем, он только искал, на кого бы свалить вину 

за поражение. Прибыв ночью в Пеллу, он встретился с казначеями Эвктом и Эв-леем,
 
и те своими укорами, сожалениями, а также несвоевременно откровенными советами 
до того разозлили царя, что он выхватил короткий меч и заколол их обоих. Из 
друзей с ним осталось только трое, а из всего войска - лишь отряд критян. С 
ними 
Персей добрался до Амфиполя, а затем до Галепса и отплыл на Самофракию. Здесь 
он 
укрылся в храме, как молящий об убежище. Вскоре к Са-мофракии подошел римский 
флот под командованием Гнея Октавия. Не нарушая неприкосновенности убежища, 
римляне постарались перекрыть все выходы, чтобы царь не смог от них ускользнуть.
 
Тем не менее Персей сумел тайно уговорить одного критянина, взять его на борт 
вместе с семьей и со всеми сокровищами. Критянин принял на борт корабля деньги 
и 
бежал, бросив Персея. Вслед за тем также коварно обманул Персея его бывший 
возлюбленный Ион. Царь поручил ему своих сыновей, а он передал их в руки 
Октавия. Сломленный столькими несчастьями, Персей вступил в переговоры с 
Октавием и сдался ему.

Когда пленника доставили к консулу, Эмилий отнесся к нему благожелательно и с 
большим сочувствием. Но ближе познакомившись с низложенным царем и узнав, что 
он 
за человек, консул не скрывал уже своего презрения. Персей просил, чтобы его 
избавили от унизительного участия в триумфальной процессии. На это Эмилий 
ответил: "В чем же дело? Это и прежде зависело от него, да и теперь ни от кого 
иного не зависит - стоит ему только пожелать!" Персей сделал вид, что не 
понимает намека, и малодушно предпочел позор добровольному уходу из жизни.

Последние годы Персея прошли в тяжелом заключении в римской тюрьме. Стражники 
почему-то невзлюбили царя и обращались с ним очень сурово. Не находя способа 
досадить узнику, они не давали ему спать. Стоило ему забыться хотя бы на миг, 
как его тотчас будили и с помощью всевозможных хитростей и выдумок заставляли 
бодрствовать, пока, изнуренный вконец, он не испустил дух. Умерли и двое его 
детей. Третий, Александр, выучился латинскому языку и грамоте и служил писцом у 

должностных лиц, считаясь прекрасным знатоком своего дела. Таков был конец 
Македонского царского дома (164 г. до Р.Х ) (Плутарх: "Эмилий Павел"; 23, 26, 
34, 37).




ПЕРТИНАКС, Публий Гельвий
Римский император в янв. - марте 193 г. Род. 1 авг. 126 г. Умер 28 марта 193 г.
Отцом Пертинакса был вольноотпущенник Гельвий Сукцесс, который, как передают, 
дал сыну имя Пертинакса ("Упорного") в ознаменование того, что сам он 
непрерывно 
и упорно занимался торговлей шерстью. Пертинакс родился в Апеннине, в имении 
матери. Выучившись грамоте и счету, мальчик был отдан на обучение греческому 
грамматику, а затем Сульпицию Алоллонарию, после которого Пертинакс сам стал 
преподавать грамматику. Но так как это занятие не давало ему достаточного 
заработка, он при содействии консуляра Лоллиана Авита, который был патроном его 

отца, стал домогаться должности центуриона. Затем в правление императора 
Антонина Пия он отправился в Сирию в качестве начальника когорты. Выслужившись 
благодаря своему рвению во время Парфянской войны 162-166 гг., он был переведен 

в Британию, где и пробыл долгое время. После этого он командовал конным отрядом 

в Мезии. Затем он ведал распределением продовольствия по Эмилиевой дороге и 
командовал германским флотом. Из Германии он был переброшен в Дакию с 
жалованием 
в 200 000 сестерциев, но по чьим-то проискам вызвал подозрение у императора 
Марка Аврелия и был отстранен. Позже, однако, он опять был принят на службу при