иворечив. Он любил мир и 
блистал на войне. Но мир он любил за возможность потакать своим слабостям, а не 
за спокойствие, которое он нес с собой.
Ухаживание за женщинами, в чем он не встречал никаких препятствий, сочеталось с 
увлечением охотой, пирами и пьянством, которыми он заполнял свою жизнь. Разве 
это не законная награда за победу в тяжелой борьбе? Пусть Уорвик и 
Нортумберленд вместе с другими заинтересованными в этом лордами несут бремя 
государственных забот и дают королю возможность повеселиться. Некоторое время 
такое положение дел вполне устраивало всех. Победители делили добычу; король 
предавался развлечениям; лорды пользовались неограниченной властью и 
бесконтрольно определяли политику.
Так пролетело несколько лет, в течение которых король, время от времени обращая 
свое влияние на проблемы управления, в основном растрачивал жизнь на 
удовольствия. Его отношение к людям хорошо характеризуют известные слова 
уравновешенного и степенного Хьюма: «В нынешний промежуток мира он много и 
близко общался со своими подданными, особенно с лондонцами; его красота, а 
также галантность обращения, даже без учета его королевского достоинства... 
способствовали тому, что король снискал их внимание и расположение. Такой 
легкий и беспечный ход его жизни с каждым днем усиливал его популярность среди 
всех слоев общества. Особенно любили его молодые и веселые люди обоих полов. 
Нрав англичан, мало расположенных к зависти и ревности, не давал им обижаться 
на эти вольности. Потворство Эдуарда развлечениям, совпадая с его собственными 
наклонностями, стало, таким образом, ... средством поддержки и укрепления его 
правительства». После этих сравнительно мягких порицаний историк переходит к 
сожалениям по поводу слабости и опрометчивости, которые увели короля с широкой 
дороги беспутства к опасной пропасти влюбленности и брака.

Король Эдуард IV


Однажды король, находясь на охоте, увлекся погоней и решил остановиться на ночь 
в каком-то замке. В этом же замке нашла убежище некая достойная леди, 
племянница владельца. Елизавета Вудвилл, или Видвил, была вдовой рыцаря из 
числа сторонников Ланкастеров, сэра Джона Грея, павшего в битве при 
Сент-Олбансе, где он сражался на стороне Маргариты. Ее мать, Жакетта 
Люксембургская, в молодости являлась женой знаменитого герцога Бедфордского и 
после его смерти вышла замуж за его управляющего, сэра Ричарда Вудвилла, 
ставшего позднее графом Риверсом. Вступление в брак с человеком более низкого 
положения стало оскорблением для аристократии. В знак предупреждения другим ее 
оштрафовали на тысячу фунтов. Тем не менее она жила вполне счастливо и родила 
своему мужу не менее тринадцати детей, в том числе и Елизавету. В жилах 
Елизаветы смешалась как благородная, так и простая кровь, но она была женщиной 
честной, бесстрашной, открытой и целомудренной. Она и два ее сына подпали под 
действие закона о лишении гражданских и имущественных прав сторонников 
Ланкастеров. Упустить шанс получить прощение короля было никак нельзя. Вдова 
униженно склонилась перед молодым победителем и, как когда-то дочь дубильщика 
кож из Фалеза
[61]
, одним взглядом превратила монарха в своего раба. Описание Шекспира, хотя и 
несколько грубоватое, верно по сути. Леди Елизавета вела себя с величайшей 
сдержанностью и тем еще больше разжигала страсть короля. Он отдал ей всю свою 
любовь и, столкнувшись с ее упорством, стал упрашивать разделить с ним корону. 
Он с негодованием отверг все советы житейской мудрости и благоразумия. К чему 
победы в сражениях, к чему королевский трон, если все это не помогает завоевать 
сердце женщины? Но Эдуард хорошо сознавал и опасность своего выбора. Его брак с 
Елизаветой Вудвилл, заключенный в 1469 г., стал тщательно оберегаемой тайной. 
Государственные мужи, стоявшие во главе правительства, улыбаясь взирали на то, 
что казалось им любовной игрой, и даже не догадывались, что эти отношения 
зиждутся на фундаменте торжественного союза, известие о котором скоро потрясет 
страну до основания.

* * *
Уорвик имел совершенно другие планы в отношении будущего Эдуарда IV. Если бы 
королевой стала Изабелла Испанская или, еще предпочтительнее, какая-либо 
французская принцесса, то она могла бы значительно посодействовать интересам 
Англии. В те времена королевские браки служили узами мира между государствами 
или поводом для начала войны. Используя серьезные аргументы, Уорвик вынуждал 
короля принять решение. Эдуард колебался, что выглядело весьма странным, и 
выдвигал всевозможные возражения, пока министр, самостоятельно принимавший все 
важные государственные решения, не начал проявлять нетерпение. Наконец правда 
открылась: оказывается, король уже пять месяцев был женат на Елизавете Вудвилл. 
Это и стало причиной расставания Эдуарда с тем, кто сделал его королем, 
человеком, старше его на 14 лет, но находившимся в расцвете сил. Уорвик имел в 
Англии много сторонников, и его популярность, которой в немалой степени 
способствовало щедрое гостеприимство, предлагаемое им всем классам в 
многочисленных огромных поместьях, была безграничной. Лондонцы во всем 
прислушивались к нему. Он держал власть. Но никто лучше Уорвика не знал, что в 
Эдуарде дремлет великолепный воин, искусный, безжалостный и способный, если 
затронуты его интересы, на все.
Со своей стороны, и король тоже начал проявлять больше интереса к делам. У 
королевы Елизаветы было пять братьев, семь сестер и два сына. Эдуард 
королевским указам повысил их в чине или устроил им браки с самыми известными 
семьями. В этом он зашел так далеко, что женил четвертого брата жены, 
двадцатилетнего человека, на вдовствующей герцогине Норфолкской, 
восьмидесятилетней старухе. В семье королевы появилось восемь новых пэров: ее 
отец, пять шуринов, ее сын и ее брат Энтони. Общее мнение склонялось к тому, 
ч