На исходе октября 1586 года де Сармьенто получил аудиенцию у Елизаветы, 
после чего отправился в Испанию. Высадившись в Кале, он добрался до Парижа. 
Здесь он встретился с уже упоминавшимся доном Бернардино де Мендосой, послом 
Испании, в руках которого находились все нити сложной интриги, соединявшей в 
единый узел центры европейской политики. Де Сармьенто срочным порядком 
отправили в Мадрид, но добраться до места назначения ему не удалось. Проезжая 
по территории Французского королевства, охваченного религиозными войнами, 
испанец-католик подпал под подозрение и в районе Байонны был захвачен в плен 
неким господином де Кастельно. Этот гугенот упрятал пленника в замок 
Мон-де-Марсан, заинтересовавшись найденными при нем бумагами и рассчитывая 
получить за важного господина приличный выкуп. Только в начале 1590 года де 
Сармьенто сумел выбраться из замка, но к тому времени в его посреднических 
услугах никто не нуждался, так как с 1587 года между Англией и Испанией шла 
война. Через полтора года, в июне 1592 года, дон Педро де Сармьенто де Гамбоа 
скончался. Так непредсказуемо сложилась судьба пленника английских корсаров.
     
     
ГЛАВА 10. ЖЕНЩИНЫ И МОРСКОЙ РАЗБОЙ
     
Знаменитые пиратки
     
     
     
Хозяйка Фалмута
     
     О пустынных берегах Корнуоллского полуострова ходила недобрая слава. Здесь,
 в небольших поселениях, скрытых в скалистых бухтах и отрезанных от центра 
Англии густыми лесами, процветал морской разбой. Владельцы местных замков были 
полновластными хозяевами округа и, не смущаясь мрачной репутацией разбойников, 
возглавляли отряды, уходящие в моря за добычей, или поджидали прихода жертв в 
свои гавани.
     Страшный шторм разразился в Ла-Манше в канун нового, 1582 года. Он 
забросил гостей в Фалмут, крупный порт на корнуоллском побережье. Хозяева 
испанского судна Филипп де Орозо и Хуан де Карие возблагодарили Бога, 
предоставившего им шанс спасти перегруженный корабль от разбушевавшейся стихии 
в уютной бухте, и встали на якорь в гавани Фалмута. Ветер стих, погода 
исправилась, и часть экипажа с владельцами судна высадились на берег и 
отправились в местную гостиницу. Они собирались утром следующего дня покинуть 
английские берега и продолжить плавание в родную Испанию, а пока, пользуясь 
представившейся возможностью, решили развеяться в кабаке от трудностей зимнего 
плавания. Однако поутру, явившись в   гавань, они не нашли на рейде никаких 
следов своего судна — оно пропало…
     Ничего не подозревавшие испанцы попали в одно из самых страшных мест на 
побережье — владения семейного клана Киллигрью, державшего под контролем юг 
Корнуолла. Влиятельные родственные связи, богатство, важные государственные 
посты, занимаемые членами семьи, позволяли им руководить местной администрацией 
и превратить Фалмут в свою зону охоты. Замок Киллигрью, Арвеннэк, расположенный 
на скалистом утесе, возвышающемся над гаванью порта, соединялся тайным 
подземным ходом с бухтой. Единственным крупным строением неподалеку был замок 
Пенденнис, расположенный на другом берегу бухты. Его владельцами также были 
Киллигрью.
     Могущество клана воздвигалось несколькими поколениями; преступный синдикат 
раскинул свои сети от ирландских портов до французских гаваней. Купленные 
чиновники закрывали глаза на деятельность агентов Киллигрью; политики и члены 
парламента оказывали семейству необходимую протекцию в правительственных сферах 
и контролировали ситуацию из Лондона; торговые дельцы, поднаторевшие на 
контрабанде, продавали захваченную добычу в Плимуте и Саутгемптоне. Клановые 
связи позволили синдикату распространить свое влияние за пределы Корнуолла, на 
территории соседних приморских областей. Так, их родственник, сэр Джон Воган, 
вице-адмирал Южного Уэльса, контролировал Бристольский залив и зоны, 
прилегающие к Ирландскому морю; в руках других родичей находились Девоншир и 
Дорсет; в Ирландии клан опирался на влияние лорда Конкобара О'Дрискола, а некий 
«ужасный Джон Пьерс» вкупе со своей матушкой, знаменитой колдуньей, поддерживал 
Киллигрью в самом Корнуолле.
     Особую известность приобрел сэр Джон Киллигрью, вице-адмирал Корнуолла, 
наследственный управитель замка Пенденнис, родственник первого министра 
Елизаветы I лорда Берли. Он заслужил расположение королевы своей деятельностью 
против французских и голландских пиратов, промышляющих в Ла-Манше. Возможно, по 
этой причине правительница Англии смотрела сквозь пальцы на пиратскую 
деятельность самого сэра Джона.
     Когда неустанные заботы о благе государства заставляли сэра Джона выезжать 
в Лондон, он мог не беспокоиться за свое разбойничье хозяйство — за ним 
внимательно присматривала его матушка, леди Киллигрью. Дочь Филиппа Уолверстона,
 дворянина из Суффолка, она имела большой опыт по части морского разбоя. В 
прошлом активная помощница своего отца, любителя разбойных занятий, она не 
отставала и от своего супруга, сэра Генри Киллигрью, и воспитала сыновей в 
соответствующем духе. И вот 7 января 1582 года она стояла у окна Арвеннэкского 
замка и разглядела в Фалмутской гавани новоприбывшее испанское судно. Через 
пару часов пожилая леди уже знала о принадлежности корабля, его товарах и 
маршруте плавания. План захвата был разработан моментально.