который больше подходит для военного дела. Если необходимость заставит брать 
горожан, то их надо сейчас же учить работать, бегать, таскать тяжести, приучать 
к жаре и пыли, к скудной и грубой пище, к ночевкам под открытым небом или в 
легких палатках. В армию необходимо брать молодежь. Молодой боец лучше 
усваивает военное дело, отличается подвижностью и ловкостью. "Подвижность, - 
пишет Вегеций, - это то, что после пройденного ряда упражнений делает бойца 
энергичным "{264}. При отборе новобранцев силу надо предпочитать росту 
необходимо обращать внимание на выражение лица, взгляд и на все строение тела. 
"Благо государства в целом зависит от того, чтобы новобранцы набирались самые 
лучшие не только телом, но и духом"{265}. Поэтому, по мнению Вегеция, надо 
учитывать происхождение и нравы новобранцев. "Чувство чести делает воина 
наиболее подходящим, чувство долга, мешая ему бежать, делает его 
победителем"{266}. Обучать труса бесполезно, боец должен обладать необходимой 
смелостью. "Ведь при всяком столкновении имеет значение не столько количество 
воинов, сколько их доблесть"{267}. 
 Говоря об обучении армии, Вегеций поучает: "Кто хочет мира, пусть готовится к 
войне; кто хочет победы, пусть старательно обучает воинов; кто желает получить 
благоприятный результат, пусть ведет войну, опираясь на искусство и знание, а 
не на случай"{268}. Обучение армии - залог ее победы. "Нет государства сильнее, 
счастливее и славнее, чем то, которое богато обученными воинами"{269}. 
 Длительная служба в войсках не дает сама по себе знания военного дела. "Всякое 
искусство зависит от упражнения"{270}. Поэтому, по взглядам Вегеция, надо 
ежедневно и преимущественно в поле тренироваться в умении владеть оружием. "Ибо 
насколько хорошо обученный воин жаждет сражения, настолько необученный боится 
его. В конце концов нужно знать, что в битве выучка приносит больше пользы, чем 
сила; если воин не обладает искусством владения оружием, нет никакой разницы 
между воином и простым деревенским жителем"{271}. Курс обучения должен быть 
продолжительным, чтобы воины не считали незначительным или легким искусство 
владеть оружием. Прежде всего надо бойцов приучить к труду. "Очень часто надо 
заставлять рубить лес, носить тяжести, прыгать через рвы, плавать в море или 
реках, полным шагом ходить или бегать даже в вооружении, со своим багажом, 
чтобы благодаря привычке к ежедневному труду во время мира он не казался им 
тяжелым во время войны"{272}. С этой же целью Вегеций рекомендовал иметь 
учебное оружие более тяжелое, чем оружие боевое, как это было в римских 
легионах времен республики. "Благодаря труду, - говорит он, - войско процветает,
 от безделья стареет и слабеет"{273}. 
 Чему надо учить войска? "Нужно во время мира делать все то, что по 
необходимости придется, как ясно всякому, делать в сражениях"{274}, - пишет 
Вегеций. Таково общее направление обучения. 
 Каково же конкретное содержание боевой подготовки того времени? Первым 
разделом боевой подготовки новобранцев было обучение военному шагу быстрому и 
ровному движению. Различалось два рода движения: военный шаг (за 5 часов летом 
пройти 20 миль){275}, полный шаг (за то же время пройти 24 мили) и бег. 
Обучение военному шагу производилось с выкладкой в 60 фунтов{276}. Воина 
обучали передвигаться скачками, преодолевать препятствия, плавать. Следующим 
важным разделом боевой подготовки было обучение владению оружием. Легионер 
учился действовать копьем, стрелять из лука и метать камни при помощи пращи на 
дистанцию до 200 шагов. Воина обучали искусно владеть щитом. Каждый боец должен 
был быть хорошим всадником. "Известно, - писал Вегеций, - ничто так не помогает 
в битве, как умение воинов в результате постоянного упражнения сохранять в 
боевом строю построение рядов и нигде, в нарушение порядка, не собираться 
густой толпой или же растягивать ряды"{277}. Для этого новобранцев обучали 
двигаться длинными шеренгами, вздваивать ряды, выстраиваться в форме каре 
(квадратный строй), клина (треугольный строй), а также в форме круга. 
 Три раза в месяц всадники и пехотинцы в полном вооружении и снаряжении должны, 
были выходить в поле на военную прогулку, которую они совершали военным шагом 
на дистанцию не менее 10 миль в один конец. Это учение проводилось как на 
ровной, так и на пересеченной местности. Наконец, новобранец обучался искусству 
устройства укрепленного лагеря. Он должен был уметь копать рвы, вбивать колья и 
выполнять остальные необходимые работы. "Для молодого воина, обучившегося всему 
этому, сражаться в строю с любым врагом - не страх, а удовольствие"{278}. 
 Страх перед оружием, которым армия умело владеет, заставляет врага 
повиноваться. К тому же надо помнить, говорит Вегеций, что "неудачи в сражениях 
уже не допускают исправлений, так как наказание следует тотчас же за ошибкой; 
ибо те, которые вступят в сражение, будучи ленивыми и необученными, тотчас же 
погибают, или же, обратившись в бегство, в дальнейшем они уже не смеют меряться 
силами с победителями"{279}. 
 После четырех или более месяцев обучения новобранцев заносили в списки и 
приводили к военной присяге. "Воины клянутся, что они будут делать старательно 
все, что прикажет император, никогда не покинут военной службы, не откажутся от 
смерти во имя римского государства"{280}. Так необычайно четко подчеркнуты 
Вегецием классовые задачи, которые стояли перед армией. Верность императору 
означала верность рабовладельческому государству, в интересах которого и 
воевала армия. 
 Что касается организации армии, то ее Вегеций описывает следующим образом: 
"Войском называется объединение как легионов, так и вспомогательных отрядов, а 
также и конницы на предмет ведения войны"{281}. Воинские силы, говорит он, 
состоят из вооружения и мужей и делятся на три части: конницу, пехоту и флот. 
 Флот состоял из двух видов кораблей: либурнов (линейные корабли) и разведочных 
скафов. Разведочные суда окрашивались венетской краской (под цвет морских волн).