| |
уступают хотя в длине только что упомянутой, но тоже делают
невозможным нападение на крепость; что касается восточной, то и она имеет не
менее 100 локтей глубины, но примыкает к горе, противоположной Махерону.
2. Царь иудейский Александр первый осознал благоприятные условия этого
места и построил на нем крепость, но она впоследствии была срыта Габинием в
войне с Аристобулом (I,8,6). Когда же на престол вступил Ирод, он нашел, что
это место больше всякого другого заслуживает особенного внимания и
сильнейшего укрепления, в особенности еще вследствие соседства арабов,
против владений которых эта крепость образовала по своему положению
чрезвычайно выгодный пункт. Он обвел поэтому обширное пространство етенами и
башнями и основал там город, через который лежал путь в цитадель. Точно так
же он и самую вершину горы окружил стеной и построил на углах башни по 160
локтей каждую. Посреди укрепленной таким образом площади он воздвиг дивный
дворец, помещавший в себе множество просторных и изящных покоев; в наиболее
подходящих местах было построено еще много цистерн как для сбора, так и для
сохранения обильных запасов воды. Таким образом, царь, соперничая с
природой, при помощи искусственных сооружений сделал это место еще более
непобедимым. Далее он снабдил крепость огромным запасом стрел и машин и
старался вообще всевозможными средствами поставить гарнизон в такое
положение, чтобы он мог противостоять продолжительнейшей осаде.
3. В бывшем дворце росла рута поразительных размеров, не уступавшая ни
высотой своей, ни объемом фиговому дереву Говорят, что она стояла со времен
Ирода, и она, быть может, еще долго бы существовала, если бы иудеи при
занятии Мяхерона не срубили ее. В долине, примыкающей к городу с севера,
находится место, называемое Ваорасом и производящее корень того же имени.
Последний имеет огненно-красный цвет и по вечерам испускает от себя лучи;
его очень трудно схватить, так как он как будто убегает изпод рук и только
тогда остается в покое, когда его поливают уриной от женщины или ее месячной
кровью. Но и тогда прикосновение к нему влечет за собой верную смерть, если
его не несут таким образом, чтобы он свешивался с руки. Существует, впрочем,
и другой безопасный способ для овладения этим корнем. Сначала его окапывают
кругом до тех пор, пока только маленькая часть корня остается еще в земле,
затем привязывают к нему собаку; когда последняя быстро устремляется за
человеком, привязавшим ее, корень легко вырывается, но собака умирает на
месте, как заместительная жертва за того, который хотел взять растение, а
тогда его можно уносить без всяких опасений. Стоит, однако, подвергать себя
опасности и трудиться над добыванием этого растения из-за присущего ему
следующего свойства: так называемые демоны, т. е. духи злых людей,
вселяющиеся в живущих и убивающие всех тех, которые остаются без помощи,
немедленно изгоняются тем корнем, как только подносят его близко к больному.
На том же самом месте бьют теплые ключи, отличающиеся между собой различным
вкусом воды: одни из ключей горьки, другие - почти совершенно пресны. Еще
ниже в долине находятся многочисленные холодные источники, тесно
расположенные один возле другого. Но еще удивительнее следующее. Вблизи
находится незначительной глубины пещера, прикрываемая свешивающейся над ней
скалой, а над этой скалой возвышаются на близком расстоянии один от другого
два утеса, имеющие форму женских грудей; причем из одного утеса бьет
совершенно холодный ключ, а из другого - очень горячий; будучи же смешаны
вместе, оба ключа доставляют в высшей степени приятное, целебное, в
особенности укрепляющее нервы купание. Местность эта изобилует также серными
и квасцовыми рудами.
4. Осмотрев местность со всех сторон, Басс пришел к заключению -
заполнить восточную лощину и таким образом проложить себе путь к крепости.
Согласно этому, он начал действовать, чтобы быть в состоянии по возможности
скорее построить валы, которые должны были облегчить ему осаду. Тогда
находившиеся внутри иудеи, увидя себя запертыми, отделились от прибывших к
ним извне, на которых они и без того смотрели, как на сброд, и принудили их
остаться внизу в городе, чтобы выдержать первые наступления неприятеля; сами
же они заняли цитадель наверху, полагаясь на ее сильные укрепления и
надеясь, в крайнем случае, спасти себя посредством добровольной сдачи. На
первых порах, однако, они хотели попытаться - не хватит ли у них возможности
воспротивиться осаде. С этой целью они каждый день делали ожесточенные
вылазки, схватывались со встречавшими их римлянами и хотя сами терпели
большие потери, но и многих убивали. Победа одних или других в каждом данном
случае зависела главным образом от умения пользоваться благоприятным
моментом: иудеи побеждали, когда они своим нападением застигали римлян
врасплох; последние побеждали, когда они со своих валов вовремя замечали
приготовления к вылазке и могли встретить врага густо сплоченными рядами.
Однако при таких частых схватках осада не могла достигнуть своей цели.
Случай заставил иудеев сдаться против собственного своего ожидания. Среди
осажденных находился один в высшей степени смелый и храбрый юноша Элеазар. В
вылазках он всегда выдвигал себя на первый план, так как именно он ободрял
всех нападать на римлян и мешать им в сооружении валов; затем в сражениях он
причинял римлянам многочисленные и значительные потери. Сопровождавшим его в
вылазках он облегчал нападение и прикрывал также их отступление, так как сам
оставлял поле битвы
|
|
