доказательств их участия в этом деле не было. Тем не менее, Наполеон отдает 
приказ арестовать жившего в Германии герцога Энгиенского, вся вина которого 
заключалась в том, что он был в родстве с Бурбонами.

В ночь с 14 на 15 марта 1804 года отряд французской конной жандармерии вторгся 
на территорию германского Бадена, арестовал герцога Энгиенского и увез во 
Францию при полном отсутствии реакции на происходящее со стороны баденских 
властей.

После скоростного заседания в Венсенском замке французского военного суда 
герцога Энгиенского расстреляли во рву.

Кадудаль был вскоре пойман и гильотинирован, а генерал Пишегрю повесился в 
тюремной камере. В ответ на слухи о возможном убийстве генерала Наполеон 
заметил с улыбкой: «У меня есть суд, который осудил бы Пишегрю, и нашелся бы 
взвод солдат, который расстрелял бы его. Я никогда не делаю бесполезных вещей».

Генерал Моро отделался ссылкой.

Этот неудавшийся заговор ускорил решение Наполеона принять титул императора, 
дабы отбить охоту реванша у представителей королевской фамилии, рассеянных по 
белу свету после казни Людовика XVI. Это решение горячо поддерживали «новые 
французы», разбогатевшая за время его правления плебейская знать, которая 
надеялась купить еще и титулы баронов, графов, герцогов и князей при новой, 
буржуазной монархии, как ее называли. Главным их мотивом было, однако, не 
получение титулов, о которых они и мечтать бы не могли при всяком ином режиме, 
а необходимость оградить себя и свою быстро нажитую (приватизированную) 
собственность от возможных притязаний старых хозяев-аристократов.


И вот 18 апреля 1804 года сенат присваивает Первому консулу республики титул 
императора. Как говорится, нарочно не придумаешь: 
«Император республики». Сапоги всмятку. Тридцать восьмого мартобря… Ну ладно 
еще «новые французы» изощрились в титулотворчестве, что с них возьмешь, но ведь 
были же вокруг закусившего удила Наполеона и более грамотные люди…

Решение сената поддержал и всенародный референдум, выражавший волю масс 
постоянно ощущать узду в твердой руке и шпоры абсолютной власти.



КСТАТИ:

«Всякий тиран настолько заинтересован в том, чтобы свой народ мог грабить 
только он сам, а средства, которыми достигается эта цель, настолько просты и 
ясны, что людям, быть может, живется лучше при самой жестокой тирании, чем при 
анархии».

Томас Баббингтон Маколей



И не какой-то там король, как эти Бурбоны, а бери выше — император!

Совсем как Карл Великий после коронации в 800 году, Наполеон желал быть не 
только наследником империи Карла, но и той, которая была еще ранее, — Римской. 
Как говорится, любить — так королеву, а грабить — так на миллион. Весь мир 
считал эту его затею бредом шизофреника, но что такое весь мир для этого 
человека, играющего только по своим правилам и меняющего их, когда 
заблагорассудится! Он пожелал, чтобы Папа Римский лично участвовал в 
предстоящей церемонии коронации, как это происходило более тысячи лет назад, 
когда состоялась коронация Карла Великого. Но не совсем так. Карл ездил 
короноваться в Рим, к Папе, а вот Наполеон пожелал, чтобы по такому случаю Папа 
Римский прибыл в Париж!




Папа Пий VII


Папа понимал, что в случае его отказа это «корсиканское чудовище» оккупирует 
Рим, что он требовался в качестве необходимого аксессуара, без которого 
церемония коронации выглядела бы каким-то пошлым «междусобойчиком» 
регионального масштаба, что без такого аксессуара никак…

И он выехал во Францию, предварительно оговорив, что Наполеон будет со всем 
возможным почетом встречать его на границе и сопровождать в Париж, иначе просто 
не поймут… Наполеон пообещал выполнить все в точности так, как они договорились.