в варианте женитьбы на бедной вдове — неразумно. Для него Моцарт был курицей, 
несущей золотые яйца, так что подозрения в его адрес попросту несостоятельны.

Третий — Франц Хофдемель. Его молодая красавица-жена брала у Моцарта уроки игры 
на фортепиано. Когда она вернулась домой после панихиды по Моцарту, муж 
набросился на нее, беременную, с бритвой в руке, нанес глубокие раны на шее, на 
лице и на руках, а затем заперся в спальне и перерезал себе горло.

Красавица Магдалена выжила и спустя пять месяцев родила ребенка, отцом которого,
 по слухам, был Моцарт.

Если все обстояло именно так, и Хофдемель действительно подозревал их любовную 
связь, то при таком бешеном темпераменте логично ли было исподволь травить ядом 
любовника жены, не препятствуя их встречам? И кто знает, может быть, этот 
бедняга услышал о своем «позоре» уже после смерти обольстителя? Все может быть, 
но этот третий подозреваемый еще более ирреален, чем первые два.

Масонский след. В свое время прошел слух, что Моцарт, будучи членом масонской 
ложи, раскрыл какие-то ее секреты в опере «Волшебная флейта», премьера которой 
состоялась 30 сентября 1791 года, за два с небольшим месяца до смерти 
композитора.

Очередная глупость, родившаяся совершенно беспричинно, как говорится, «с 
потолка», без каких бы то ни было доказательств и даже логически обоснованных 
аргументов.

А умер Моцарт, как показали исследования, проведенные специалистами позднейших 
эпох, от стрептококковой инфекции, кровоизлияния в мозг и бронхопневмонии.

Люди той эпохи оставили на память о себе и великолепную архитектуру, такую, как 
Версальский дворец, творение архитекторов 
Луи Левои 
Ардуэна Менсара, как церковь Святой Женевьевы в Париже (
архитектор Ж. Суффло), как Петровский дворец в Москве (
архитектор М. Казаков) и Таврический дворец в Петербурге (
архитектор И. Старов) и др.




Пастораль. 1770 г.


Героическая живопись 
Николя Пуссена(1594—1665 гг.) и 
Жака Луи Давида(1748—1825 гг.), строгие классические сюжеты 
Жана Огюста Доменика Энгра(1780—1867 гг.), портреты 
Левицкогои 
Рокотова, галантные праздники 
Жана-Антуана Ватто, вызывающий эротизм 
Франсуа Буше, коварный гедонизм 
Жана Оноре Фрагонара, строгий реализм 
Уильяма Хогарта, 
Джошуа Рейнольдсаи 
Томаса Гейнсборои романтизм 
Уильяма Блейка— вот, пожалуй, основное живописное наследие той эпохи, столь 
богатой на таланты, наследие, делающее честь его создателям и хоть в какой-то 
степени — извиняющее роковую бездумность его заказчиков.

Флибустьеры, авантюристы и другие





Не берусь утверждать что-либо относительно того, что эпоха Абсолютизма (или 
Просвещения, что сути дела не меняет) сама по себе является питательным 
бульоном для бактерий авантюризма, разбойничества и других не одобряемых 
обществом направлений человеческой деятельности, но то, что она настолько 
богата на факты такой деятельности, заставляет все-таки задуматься об 
определенных закономерностях…


Конец XVII века. Знаменитый пиратский капитан 
Киддбросает якорь неподалеку от небольшого острова у побережья Юго-Восточной 
Азии.

Группа матросов во главе с боцманом перевозит на остров несколько очень тяжелых,
 окованных железом сундуков. В этих сундуках — несметные сокровища, некогда 
принадлежавшие Аурангзебу, правителю Монгольской империи в Индии, затем