соответствующими печально известному лозунгу: «Искусство принадлежит народу».

Любое зрелище оказывает на своих зрителей воздействие воспитательного характера,
 и римские в этом плане отнюдь не были исключением из общего правила, скорее 
напротив.

Рим постоянно вел завоевательные войны, а для войн, естественно, нужны солдаты, 
и чем более они будут жестокими, агрессивными и не ведающими угрызений совести 
по поводу проливаемой ими крови, тем лучше.

Римские кровавые зрелища — гладиаторские бои, травля людей и зверей, массовые 
казни — призваны были сломать предохранительные барьеры личности и превратить 
ее в зверя с установкой на нерассуждающую агрессию.



КСТАТИ:

Когда животные видят, как убивают их собратьев, они испытывают непреодолимый 
ужас. Обратная реакция человека на подобные обстоятельства — одна из основных 
черт, отличающих его от животных. Увы…



Римские удовольствия не исчерпывались боями гладиаторов. В числе весьма 
популярных явлений культурной жизни того времени следует отметить театральные и 
балетные представления, пронизанные воинствующей эротикой и являвшиеся, по сути,
 не более чем антуражем к совершенно безобразным оргиям.

Примерно во втором веке до н.э. в Риме окончательно воцарился греческий обычай 
пировать непременно в обществе проституток и, естественно, тут же отправлять 
сексуальные надобности. Возможно, что здесь сказалось не только влияние греков, 
но и этрусков, у которых пиршества и разврат были с древнейших времен 
объединены незыблемой традицией.




Фреска из Помпеи


Но если греки и этруски проделывали все это элегантно, непринужденно, с 
изяществом подлинных гурманов и знатоков плотских наслаждений, то римляне вели 
себя при аналогичных внешних обстоятельствах просто омерзительно. Они 
обжирались до такой степени, что принимали рвотное, дабы освободить место для 
новых и новых порций пищи. Напивались они до такой степени, что без помощи раба 
не могли помочиться в горшок, ну, совсем как выдвиженцы советских времен после 
пьянки, завершающей заседание партхозактива районного масштаба…

Пожалуй, римляне, даже достигшие вершин общественной пирамиды, всегда 
оставались выскочками-простолюдинами, и это проявлялось во всех сферах их бытия.


Они обладали немыслимым количеством рабов, как никакой иной народ Древнего мира,
 и, естественно, значительная часть этих рабов составляла многочисленный 
контингент проституток обоих полов.

И не следует при этом забывать про такое стремительно прогрессирующее явление 
римской жизни, как маммонизм (любовь к деньгам, материальным ценностям), 
явление, способное завести очень и очень далеко, что со всей наглядностью 
подтверждает наше постсоветское бытие.



КСТАТИ:

«Чуждые нравы пришли впервые с бесстыдной корыстью, И расслабляющее богатство 
роскошью гнусной Сокрушило нам жизнь. Что пьяной Венере заветно?»

Ювенал



Как известно, выгода, возведенная в ранг идеи-фикс, является основной 
отличительной чертой низких натур, а их критическая масса — основная 
предпосылка неизбежного падения государства, и тут уж ничего не поделаешь. В 
бочке вина осадок совершенно естествен, но не должен же он составлять половину 
ее емкости…

К стимулам развития римской проституции следует отнести и стремительный рост