Весьма поучительна история римского аристократа 
Гая Марция Кориолана(ок. 493 г. до н.э.), который, вступив в жестокий конфликт 
с народными трибунами, навлек на себя общественное осуждение и вечное изгнание.

И никто не принял во внимание то, что этот человек — известный общественный 
деятель, отец славного семейства и храбрый полководец, во многих битвах 
приумноживший военную славу Рима.

Изгнанника охватывает жажда мести.

И вот здесь-то требуется уточнить, кому именно собирался мстить Марций Кориолан,
 своей отчизне или державе, что отнюдь не одно и то же. Я не устану повторять, 
что отчизна и держава — вовсе не синонимы, как на этом настаивают правители 
всех времен и народов, что отчизна — это мать, а вот держава — всего лишь 
устройство, государственная машина, которую любят только те, разве что, которым 
позволено лакать из ее корыта, а вот все остальные могут лишь уважать, да и то 
если есть за что… Бывают случаи, когда интересы державы вступают в противоречие 
с интересами отчизны, и тогда, думается, любой нормальный человек окажет 
предпочтение матери…

Так что, Марций Кориолан решил выяснить отношения с державой, на что имел 
полное право, потому что машина — не мать. А мать была для него самой большой 
любовью и самым высоким авторитетом. Держава, изгнавши его, тем самым оторвала 
от матери, а такое не прощается, тем более людьми, подобными Кориолану.

Он направился во владения вольсков, могучего племени, успешно пресекавшего 
римскую экспансию, где предложил свои услуги в качестве полководца. Его 
предложение было встречено с радостью: воинская слава Марция Кориолана была 
залогом грядущих побед.

Не теряя времени, вольски объявили римлянам войну и вторглись в их владения. 
Войско под командованием Кориолана занимает позицию в непосредственной близости 
от стен Вечного Города, где никак не ожидали такого поворота событий. В Риме 
воцаряется паника. Сенат не находит ничего лучшего чем направить к Марцию 
Кориолану делегацию, которая должна объявить изгнаннику, что он прощен и может 
вернуться в город, разумеется, не в роли командующего вражеским войском.

Марций Кориолан встречает посланцев сената довольно холодно. Он требует 
безоговорочного возврата вольскам отнятых у них земель и предоставления им прав 
римского гражданства, так как мир должен основываться на справедливости и 
равенстве. На обдумывание своих требований Кориолан дает римлянам тридцать дней,
 и ни дня больше.

Сам же он в это время разоряет земли союзников Рима, захватив семь больших 
городов. Это уже блокада, причем настолько мощная, что прорвать ее у римлян нет 
никакой возможности.

В назначенный день делегация осажденных вновь приходит в стан вольсков и с 
истинно римской надменностью предлагает Марцию Кориолану увести свое войско за 
пределы римских владений, разоружить его, а там, мол, посмотрим на поведение 
этих мятежников и, может быть, дадим им гражданство, если они будут того 
заслуживать.

Кориолан советует римлянам умерить свою спесь и трезво оценить положение вещей, 
потому что шансов выстоять у них практически нет. И еще советует через три дня 
принести в ставку положительные ответы на его требования, иначе едва ли кто 
сможет гарантировать безопасность делегатов. Впрочем, добавил Кориолан, 
делегации будут уже ни к чему, потому что на рассвете четвертого дня произойдет 
штурм города. И это уже не будет подлежать обсуждению.

И вот такое героическое начало истории Кориолана, вдохновившее Шекспира на 
создание одной из его классических трагедий, неожиданно переходит в слезливую 
мелодраму, когда гордые римляне, вместо того чтобы героически защищать свой 
город от врага, направляют к нему мать, жену и детишек.

Он терпеливо объясняет матери, что пошел войной на державу, где фактически 
власть перешла ко всякому отребью, а потому следует это отребье ликвидировать 
во имя спасения Отчизны, и здесь иного выхода нет, потому что отребье не 
способно жить интересами государства и ему неведомы такие простые понятия, как 
честь, совесть и достоинство, так что переговоры с ним абсолютно бесполезны и 
губительны.