смертоносной силы.
В системе Серафа появился «Комитаджи».
Кто-то в зале придушенно выругался; в его голосе прозвучали ошеломление и ужас. 
Огромный корабль пришел в движение, уходя от фокуса ускорителя и приближаясь к 
«Гармонике», окруженной боевыми машинами СОЭ.
Приближаясь к опорному кораблю второго узла.
Разумеется, защитники ускорителя заметили опасность. Но уже в тот миг, когда 
они оставили лайнер, разворачиваясь навстречу новому врагу, Форсайт понял, что 
Пакс напоследок вновь переиграл СОЭ в тактике и маневре. Несколько ближайших 
минут, пока корабли обороны второго узла будут возвращаться на свое место, от 
«Комитаджи» его будут защищать только собственные корпус и оружие.
«Комитаджи» потребовалось гораздо меньше времени.
Пятнадцать секунд спустя из его носовой части одновременно ударили десять 
мощных лазеров, с хирургической точностью наведенных на отсек корабля, в 
котором было установлено оборудование генерации. Бело-голубая вспышка, 
окутанная облаком испаренного металла, уничтожила узел. А вместе с ним и 
ускоритель.
— Все. Конец, — пробормотал Пирбазари. — Теперь «Комитаджи» никуда отсюда не 
денется.
— Мы должны его остановить, — сказал Форсайт, чувствуя, как в висках пульсирует 
кровь. — Мы должны напасть на него, замедлить его продвижение, ввести в узловые 
точки новые опорные корабли…
Он умолк, глядя на экран и не веря собственным глазам. Вместо того чтобы 
атаковать, корабли СОЭ отворачивали от «Комитаджи». Не только опорные корабли, 
но и боевые суда разом обратились в бегство.
— В чем дело? — осведомился Форсайт. — Что они делают?
— Отступают, — объяснил Пирбазари. — Только что был отдан приказ…
— Приказ? — повторил Форсайт. — Какой еще приказ? Дай мне телефон!
— Сэр…
Форсайт выхватил телефон из пальцев помощника.
— Говорит Верховный Сенатор Форсайт, — отрывисто произнес он. — Что происходит?
— Корабли СОЭ отступают, — ответил молодой женский голос.
— Сам вижу! — бросил Форсайт. — Верните их обратно. Все до единого.
— Сэр?..
— Вы слышали, что я сказал? Верните их и прикажите атаковать. — Ответа не было. 
— Офицер! — окликнул Форсайт. — Вы меня слышите?
— Верховный Сенатор, говорит генерал Рошманов, — раздался в трубке другой голос.
 — У вас затруднения?
— Еще какие! — отрезал Форсайт. — Почему ваши корабли отступают, даже не 
пытаясь дать врагу отпор?
— Сэр, наши суда не имеют ни малейших шансов против корабля такого размера, — 
ответил Рошманов. — Напасть на него было бы равносильно самоубийству.
— Идет война, — возразил Форсайт. — Разве не в том заключается долг солдат СОЭ, 
чтобы рисковать жизнью и жертвовать собой ради Эмпиреи?
— Отдавать свою жизнь в бою, — ответил Рошманов. — Но не гибнуть зря.
— Откуда вы знаете, что они погибнут понапрасну? — осведомился Форсайт. Он 
мельком заметил, что говорит все громче, но сейчас это его не беспокоило. — 
Откуда вы можете это знать, даже не попытавшись?
— Сэр, если вы обратите внимание на размеры…
— Да, он очень большой, — перебил Форсайт. — Так что из того? Или у вас принято 
складывать оружие, если нет уверенности в победе? — Пирбазари потянул Форсайта 
за рукав, но тот со злостью оттолкнул ладонь. — Послушайте, генерал, — 
продолжал он. — Вы должны атаковать, и немедленно. Верните свои корабли и 
прикажите им нанести удар.
— Прошу меня извинить, Верховный Сенатор, — ледяным тоном отозвался Рошманов, — 
но это дело относится к компетенции СОЭ, и решение уже принято. Я ни за что не 
отправлю людей на бессмысленную гибель.
— Генерал…
— Сэр! — Пирбазари еще сильнее потянул его за рукав. Форсайт бросил на него 
гневный взор…
То, что он увидел, заставило его умолкнуть и приглядеться внимательнее. 
Пирбазари смотрел на него, сузив глаза и чуть приоткрыв рот. Он смотрел на 
Форсайта, будто на незнакомого человека.
— Сэр, — хриплым шепотом повторил он и едва заметно дернул головой, указывая в 
сторону.
Форсайт не без труда оторвал от него взгляд и осмотрелся вокруг.
Все, кто был в зале, смотрели на него. Все до единого. Высокопоставленные 
правительственные чиновники взирали на него с изумлением, недоверием и даже 
страхом.
Внезапно Форсайт понял, что не все смотрят ему в лицо. Кое-кто озадаченно 
косился на его шею, туда, где сверкала подвеска с ангелом.
Точнее, подвеска с фальшивкой.
Медленно, с огромным усилием, он отнял телефон от уха. Пирбазари подхватил 
аппарат и быстро убрал его.
— Все в порядке, сэр, — сказал он. — Это всего лишь отступление. Это еще не 
значит, что война проиграна.
Форсайт глубоко втянул в легкие воздух и резко выдохнул.
— Я знаю, — ответил он, хотя и напряженным голосом, но уже вновь взяв себя в 
руки. — Сколько времени им лететь до Серафа?
— При таком расстоянии? — Пирбазари посмотрел на экран, потом вновь повернулся