ранцевые ракеты лучше, чем ничего.
— И пусть держат наготове эвакуационный транспорт, — велел он.
— Уже готов, — сказал Пирбазари. — В СОЭ меня заверили…
Внезапно Роньон схватил Форсайта за плечо, и тот увидел, что гигант удивленно 
смотрит за спину Пирбазари.
«Орнина! — возбужденно зажестикулировал Роньон, кивком указывая в дальний конец 
коридора. — И Чандрис!»
Форсайт повернулся, ожидая увидеть женщин, входящих в клинику через главные 
двери, чтобы навестить Ханана. Однако Чандрис и Орнина шагали следом за 
санитарами, которые везли в кресле-каталке окровавленного человека.
— Похож на Косту, — сказал Пирбазари. — Что с ним стряслось?
— Вероятно, несчастный случай, — предположил Форсайт. У него засосало под 
ложечкой. — Давайте выясним.
Они подошли к каталке в ту самую секунду, когда санитары собрались втолкнуть ее 
в лифт.
— Что случилось? — спросил Форсайт.
— Здравствуйте, Верховный Сенатор, — приветствовала его Орнина. Лицо женщины 
было напряжено, но она сохраняла невозмутимость. — Видите ли…
— Мимо «Газели» проходил один мой знакомый, — вмешалась Чандрис. — У него был 
нож.
— И, насколько я могу понять, он продемонстрировал господину Джереко свое 
умение обращаться с ним, — сказал Форсайт.
Он заметил, что Чандрис, как и Орнина, старательно следит за своим голосом и 
выражением лица. Однако, присмотревшись внимательнее, Форсайт увидел, что с той 
поры, когда они встречались в последний раз, лицо девушки состарилось лет на 
десять.
— Он хотел забрать меня, — негромко сказала Чандрис. Она стиснула веки, а когда 
вновь открыла глаза, Форсайту показалось, что она постарела еще на добрый 
десяток. — Коста спас мне жизнь.
— Все было как раз наоборот, — пробормотал Коста.
— Тебе нужно беречь силы, — мягко упрекнула его Орнина. — Бинты из пакета 
первой помощи не смогли остановить кровотечение, Сенатор, — объяснила она. — А 
медотсек «Газели» выключен, как и все остальное оборудование…
— Вам нет нужды оправдываться, — перебил Форсайт. — Везите его к врачу.
— Есть, сэр, — отозвалась Орнина, и санитары вкатили кресло в лифт. — Спасибо, 
Сенатор.
Женщины вошли следом, и дверь лифта закрылась.
— Левая рука и грудь, — прокомментировал Пирбазари. — Только резаные раны и ни 
одной проникающей. Он быстро поправится, если, конечно, не потерял слишком 
много крови.
— Надеюсь, — сказал Форсайт, вперив в закрытые двери невидящий взгляд. К нему 
вернулись сомнения и вопросы относительно личности Джереко. Таинственный фонд, 
финансировавший его исследования. Его туманное прошлое, особенности поведения и 
речи…
Он сопоставил все это с нападением Пакса на Лорелею, и его внезапно озарило.
— Джереко — шпион, — выдохнул Форсайт. — Разведчик Пакса.
Боковым зрением он увидел, как у Пирбазари отвалилась челюсть. Но даже того 
мгновения, которое Форсайту потребовалось, чтобы повернуть к нему голову, было 
достаточно, чтобы изумление помощника сменилось пониманием.
— Будь я проклят, — негромко произнес Пирбазари. — Вы уверены?
Форсайт помедлил. Да, он ничуть не сомневался. Однако прямых доказательств у 
него не было.
— Пока нет, — ответил он. — Но только пока.
Он повернулся к Роньону, который озадаченно следил за их беседой.
— Я отвезу Роньона в штаб-квартиру, — сказал Форсайт. — Как только Джереко 
подштопают, доставь его ко мне.
— Хорошо, — ответил Пирбазари. — И остальных тоже?
— Только Джереко, — сказал Форсайт. — И присматривай за ним, Зар. Да 
повнимательнее.
— Не беспокойтесь, — заверил его Пирбазари. — Я с него глаз не спущу.

На черном экране возникли звезды. «Гармоника» вынырнула из гиперпространства.
— Диспетчерская СОЭ Серафа вызывает лайнер, — отрывисто произнес 
громкоговоритель мостика. — Представьтесь, пожалуйста.
Капитан Джуаби повернулся к главному экрану со схемой расположения опорных 
кораблей сети и ускорителей. Каждый из четырех ускорителей охраняли три или 
четыре боевых судна СОЭ, курсировавшие на близкой дистанции.
— Говорит капитан Джуаби, лайнер «Гармоника», — отозвался он натянутым тоном.
На взгляд Ллеши — слишком натянутым. Коммодор сидел напротив капитана вне поля 
зрения видеокамеры. Он предостерегающе поднял палец. Губы Джуаби дрогнули, и он 
ответил едва заметным кивком.
Он сделает все, что прикажут. У него нет выбора. Теперь, когда все ключевые 
посты управления лайнером контролируются людьми Пакса, капитану остается лишь 
выполнять распоряжения Ллеши. Разумеется, если он дорожит своим экипажем и 
пассажирами.
Джуаби шевельнулся в кресле, и хрустальная подвеска на его шее блеснула. 
Телтхорста особо интересовало, в какой мере человек с ангелом ценит жизнь людей.

Вероятно, это выяснится в самое ближайшее время.
— Порт приписки? — осведомился диспетчер Серафа.