кровавые глаза, рога, копыта, острые хвосты с шипами. Сражаться с ними люди не 
стали, сразу прыгнув в другую реальность и толком не рассмотрев первую.
Следующий мир был совершенно мертв: серая холмистая равнина с редкими 
скалами-останцами на вершинах холмов, серое небо без звезд и солнца, но с 
тускло светящейся дугообразной полосой над горизонтом, представляющей, очевидно,
 часть пылевого планетарного кольца.
Лишь защита тхабса позволяла путешественникам находиться здесь, потому что 
температура воздуха по оценке Вахида Тожиевича, рискнувшего выйти из-под 
мембраны защиты, была не просто минусовой, а держалась на уровне не выше минус 
семидесяти градусов по Цельсию. Да и сам воздух почти отсутствовал.
Часовыми, поставленными пентархом, оказались здесь каменные останцы на холмах. 
Как только люди перестали глядеть по сторонам, они ожили, раскрываясь и 
вырастая в размерах, превращаясь в огромных драконов с плоским бронированным 
телом, и ринулись на холм со всех сторон, хищно вытягивая вперед когтистые лапы.
 Но и с ними путешественники сражаться не стали, понимая, что противник хитрит 
и гонит их в реальность, где засада посерьезней. Эту мысль высказал Парамонов, 
когда они вышли в очередной мир и наткнулись на жутких жабообразных тварей, 
стерегущих границу.
– Предлагаю принять бой, – быстро проговорил Иван Терентьевич, – и подумать, 
как нам быть.
Василий согласно кивнул, чувствуя то же самое, что и Парамонов, и они напали на 
гигантских трехметровых жаб с лошадиными ногами и оленьими рогами, страшных 
только для маленьких детей. На взрослое население Земли, привыкшее к ужасам 
кино и телеэкрана, эти монстры впечатления не произвели бы.
Порог магического оперирования в этом аду «розы» легко преодолевался даже 
Стасом, поэтому путешественники мгновенно экипировались, создав себе оружие по 
руке: Самандар – два светящихся меча с удлиняющимися при ударе лезвиями, 
Василий – один меч, но с широким изгибающимся лезвием, Парамонов – набор 
метательных пластин-бумерангов, а девушки – арбалеты. Контратака их была 
стремительной и мощной.
Бой длился всего минуту. От арбалетных стрел и метательных пластин жабо-кони 
корчились и взрывались, а от ударов мечом расплывались лужей и таяли, исчезали. 
Серьезного сопротивления они не оказали, что говорило в пользу предположения 
Ивана Терентьевича: высадки гостей ждали не в этих мирах, а глубже, в зоне 
действия «локона Ампары», часовые же цепочки адов, ведущей к зоне, играли роль 
«злых собак», загонщиков. Удди знал, что им с людьми не справиться, и задумал 
тонко сыграть на демонстрации «непреодолимой» силы и рождении в душах людей 
неуверенности и страха.
– Он будет ждать нас над бездной Брахмана со всей своей армией, – сказал 
Парамонов, когда бой закончился и все немного отдышались. – Надо что-нибудь 
придумать.
– Нужны гранаты, – буркнул Самандар, не чувствуя удовлетворения от боя; 
сражение с тварями по накалу нельзя было сравнить с поединком равных бойцов.
– Чтобы воинство Удди ответило тем же? – в сомнении покачал головой Парамонов.
И тут Василия осенило:
– Правильно! Только нужны не обычные гранаты, а пси! Можем мы подготовить 
несколько упакованных заклинаний?
Все посмотрели на Марию.
– Принципиальных запретов нет, – пожала та плечами, – хватило бы сил.
– Нас шестеро, в конце концов справимся, – добавила Ульяна. – Что ты задумал, 
Котов?
– Я делаю длинный затянутый переход, выхожу в «реальность локона», бросаю 
гранаты и тут же смываюсь оттуда. А спустя несколько секунд мы врываемся туда 
все вместе и добиваем Удди с его армией.
– Вряд ли наши гранаты нанесут серьезный урон армии пентарха, скорее нашумят…
– И отвлекут внимание. Мы же атакуем сразу самого пентарха. Не уничтожим, так 
выдворим из реальности, чтобы спокойно вызвать Соболева. С нами как-никак 
оруженосец Воина Закона с его мечом. Стас, не подведешь?
– Постараюсь, – пробормотал Котов-младший, смущенный тем, что все внимание 
приковано к нему.
– Тогда вперед! Один за всех – все за одного!
Они сосредоточили желания и магические силы на создании пси-гранат, 
представляющих собой свернутые в коконы сильные заклинания, дезорганизующие 
психику любых существ, и вскоре получили шесть рубчатых яиц величиной с куриное,
 шесть пульсирующих злой мощью коконов. На большее ни сил, ни времени у людей 
не оставалось. Василий взял по два кокона в обе руки, оставшиеся спрятал в 
карман на груди, с нежностью поцеловал Ульяну в губы, закрыл глаза, 
концентрируя волю, и, перейдя в т е м п, исчез.
Однако через несколько мгновений вернулся.
– Порядок! Я засек «ставку» Удди, выйдем рядом. Держите строй!
И они оказались в удивительном мире «локона Ампары», где пересекались прошлые и 
будущие времена «розы реальностей» и который соседствовал с Брахманом – Большой 
Вселенной, Матерью-Отцом всех остальных Метавселенных вроде «розы» и родиной 
Творцов.
Многомерный мир, где пересекаются времена разной физической природы, 
трехмерному земному человеку трудно не только описать, но и воспринять. Да и 
как можно описать то, что твои глаза принимают за сплетение огней и молний, 
когда на самом деле это эмоции живущих в прошлом и будущем существ? Как можно 
описать гигантские черные реки, пронзающие ландшафты и небеса, тут же на глазах 
превращающиеся в потоки огненных шаров, колючие заросли, прозрачные трубы и