его было скрыто в тени.
– Незрелый ананас для человека справедливого, – сказал с усмешкой Носовой, беря 
в руки фрукт и демонстрируя знание классика [74], – всегда хуже спелой 
смородины.
– Не хочешь – не ешь, – ответил советник президента, – а критиковать фрукт не 
надо. Я, например, смородину не люблю. Знаете, что мне предложил Коржаков не 
далее как вчера вечером в приватной беседе? Взял меня за пуговицу и сказал: 
почему бы нам не обложить данью все мафиозные структуры в стране? Создать 
специальную рэкет-бригаду на государственном уровне, назвать ее как-нибудь 
похитрей, скажем, Комиссией по контролю за финансовым состоянием, и вперед! 
Пусть платят или распускаются. В противном случае…
– И что ты ему ответил? – спросил Носовой. Юрьев очистил ананас, отрезал ломтик,
 съел.
– Нет, ничего, свежий… Я ему ответил в стиле русской пословицы: на чужой 
каравай рот не разевай. Но к делу, господа.
– Они отказались, – проговорил Рыков своим специфическим, тихим, ничего не 
выражающим голосом. – Соболев и Балуев отказались послужить «карающей десницей 
правосудия» в отношении известных нам деятелей. Естественно, я принял решение 
«погасить» или «выключить» их как опасных свидетелей, несмотря на всю мою 
симпатию к ним. Однако первая «волна выключения» не сработала. Соболев ушел 
из-под опеки ФСБ, Балуев сумел обезвредить киллер-команду, вооруженную 
«глушаком». Что лишний раз подтверждает высокую кондицию каждого.
– Подготовь вторую «волну выключения» с должной тщательностью, – сказал Юрьев.
 – В крайнем случае воспользуйся командой внедрения иерархов ПАН с подключением 
ПРОПАЛ [75].
– Я не исчерпал всех своих возможностей по тихому регулированию, но потребуется 
ваша помощь. Идея заключается в следующем: надо сделать так, чтобы наши 
фигуранты Соболев и Балуев все равно выполнили задачу, как бы непреднамеренно, 
то есть надо спровоцировать их на ликвидацию фигур дестабилизации: директора 
ФСБ, министра обороны, координатора «Чистилища» и других.
– Идея хорошая, – оценил Носовой. – Я так понимаю, что моя личная задача 
состоит в том, чтобы настроить соответствующим образом лидера Сверхсистемы и 
дать знать об этом фигурантам.
– Хейно Яанович, вы, как всегда, блестяще вникаете в глубины замысла, – сказал 
Рыков без тени иронии. – Я уже предпринял кое-какие шаги в этом направлении, 
указав команде Юргена адрес деда Соболева, где остановились его девушка и 
мальчишка, которого они как бы усыновили. Но этого мало. Владимир Владимирович, 
вам необходимо привлечь свои потенциалы, чтобы фигуранты вышли на Гусева.
– Понял, – кивнул Юрьев. – Это сделать несложно. Но у нас есть еще отступники – 
Посвященные. Сможем ли найти способ сами наказать их, не привлекая иерархов?
– Вряд ли, – мотнул головой Хейно Яанович. – На уровне нашей зоны их 
возможности защиты достаточны для паритета.
– Тогда давайте привлечем зоны остальных Девяти, включая Бабуу-Сэнгэ.
– Он не станет заниматься рутинными делами «выключения». Другое дело – 
ограничение деятельности «вселенных» копий Монарха или, как их называют наши 
фигуранты, авешей Монарха. Эта задача потрудней и поинтересней. Вот список.
– Рыков положил на стол листок бумаги. – Давайте думать, с кого начнем и что 
предпримем.
* * *
Директору ФСБ позвонил начальник бюро анализа Управления «И» и попросил 
аудиенции. Коваль не возражал, хотя и удивился. Рыков очень редко напоминал о 
себе, как и положено классному профессионалу.
Сергей Вениаминович принял его перед обедом и беседовал всего четверть часа. О 
чем они говорили, осталось тайной, но после этого директор вызвал Хватова и 
Первухина, не обращая внимания на то, что начался обеденный перерыв.
После бегства Соболева начальник Управления спецопераций не то чтобы попал в 
опалу, но уже не имел того влияния на директора, каким обладал прежде, хотя 
Сергей Вениаминович внешне прореагировал на происшествие равнодушно, вяло.
Но, появившись в кабинете, генерал и майор увидели другого директора, 
переполненного мрачной злобой и раздражением.
– Вы знаете, что Соболев работает на «Чистилище»? – начал он, оставив 
подчиненных стоять. – Я только что получил сведения, что у него задание 
ликвидировать меня и кое-кого из начальников Управлений! Что вы там делаете, в 
своих кабинетах? Когда наконец Соболев будет пойман и доставлен сюда?
Первухин и Хватов переглянулись.
– Но, товарищ генерал…
– Молчи, Федор Ильич! Ты его упустил, ты теперь и лови! Майор в твоем 
распоряжении… до решения задачи. По моим сведениям, у Соболева есть девушка и 
приемный сын. Найти их и использовать в качестве приманки! Адреса родственников 
здесь. – Коваль щелкнул ногтем по конверту у себя на столе. – И ускорьте поиск 
руководителя трех «К» через организации, которые мы наметили потрясти.
– Это пока не дает результата…
– Вот именно – пока. Вы пошерстили всего три конторы, копайте дальше. В первую 
очередь пощупайте Московский казачий уряд, Центр нетрадиционных технологий, 
РНОФ и ветеранов Афгана. Уверен, результат будет. Идите.
В приемной генерал и майор снова обменялись взглядами, хорошо понимая чувства 
друг друга.
– Да, Федор Ильич, – сказал Хватов, – задачка не из легких.
– Пара пустяков, – отозвался Первухин хмуро, разворачивая конверт.
Рыков позвонил координатору «ККК», когда тот отдыхал после обеда, играя с