подевался?
След вел в планетную систему Беллатрикс. Брауер облизнул губы. Там главным 
образом и искали Чаркета. Но тщетно.
Почему? Несомненно, из-за какой-то ошибки, заложенной в методику поиска. У 
Брауера учащенно забился пульс. Вот она возможность проявить самостоятельность, 
шанс для обычного человека из плоти и крови, с врожденной способностью к 
дерзким догадкам, показать, что компьютеры с их паршивой двоичной системой 
способны далеко не на все.
Он решил найти Эдварда Чаркета.
Первым делом Брауер нажал на кнопку селектора.
— Шеф, это Брауер. Я хочу попросить трехмесячный отпуск.
— С оплатой или без?
Брауер замялся, затем решительно ответил:
— С оплатой. Речь идет о специальном расследовании, о котором я вам уже говорил.

— Последовала пауза.
— Три месяца с оплатой… У нас очень напряженный бюджет, Джордж. Что это за 
расследование?
— Я хочу найти Эдварда Чаркета, — ответил Брауер. Реакцию шефа можно было 
предсказать заранее.
— Кого?
— Чаркета. Похитителя детей, который сбежал из исправительной колонии на 
Проционе в 2560 году. Помните?
— А… вот ты о чем. Гм-м-м. Хорошо. Заполни требование, составь программу и 
введи ее в компьютер. Я прослежу, чтобы тебе предоставили отпуск.
Брауер быстро заполнил карточку-требование на отпуск и скормил ее ТОТИВАКу. 
Затем обратился к компьютеру с очередной просьбой: ПРИШЛИТЕ МНЕ ВСЕ ИМЕЮЩИЕСЯ 
МАТЕРИАЛЫ ПО ЧАРКЕТУ, ЭДВАРДУ ХЭММОНДУ.
Тут же он получил все, что запрашивал, включая повторные экземпляры карточки 
Чаркета и листа 101. Требование "все имеющиеся материалы" машина поняла 
буквально.
Брауер очистил стол и приступил к изучению полученных документов. Большая их 
часть содержала повторение того, что он уже знал. Он лишь мельком просмотрел 
эти бумаги, так же как и биографию Чаркета до отправки на Процион. Все это не 
имело отношения к делу.
Куда больше интересовали его подробности жизни Чаркета после побега. Он 
внимательно ознакомился с показаниями тех, кто утверждал, будто видели Чаркета 
(или думал, что видел) в том или ином обличий после его нашумевшего побега. 
Кто-то, Брауер надеялся, что это был человек, а не бдительный ТОТИВАК, составил 
вероятностный профиль каждого свидетельства о встрече с Чаркетом, аккуратно 
подчеркнув их разноцветными чернилами в соответствии с достоверностью, от 
ярко-вишневых для "заслуживающих доверия" до темно-фиолетовых для "совершенно 
ненадежных".
Цветовой профиль неоспоримо вел к Беллатрикс. Тут же находился и отчет 
экспедиции, посланной на поимку Чаркета.
Судя по всему, ТОТИВАК провел анализ шести планет Беллатрикс и пришел к выводу, 
что Чаркет может находиться на Беллатрикс II, III или IV, разумные обитатели 
которых отличались достаточным миролюбием.
Патрульный корабль CDI02-X3 тщательно прочесал эти планеты, но Чаркета не нашел.
 Более того, след беглеца окончательно затерялся. Дело Чаркета перешло в разряд 
«нераскрытых» и осталось бы там, не затребуй его Брауер.
Напевая про себя какой-то веселенький мотив, Брауер долистал оставшиеся бумаги. 
Среди них находилось и пожелтевшее от времени объявление о розыске преступника 
от 12 мая 2560 года, отпечатанное на Проционе, с фотографией Чаркета — 
смуглолицего, черноволосого, симпатичного молодого человека с тоненькой 
полоской усов, глубоко посаженными глазами и легкой улыбкой, даже ухмылкой на 
губах. Хитрец, решил Брауер, хотя изначальное правило криминалистики гласило, 
что впечатления от внешности не позволяют судить о характере личности. Однако в 
случае Чаркета действия преступника вполне соответствовали его наружности: 
требовалась немалая хитрость, чтобы вырваться с Проциона.
В объявлении упоминалось и о награде, положенной за информацию, которая поможет 
поймать преступника, сообщались его приметы и краткая биография. Брауер подумал,
 что подобные объявления до сих пор висят на стенах почтовых отделений на 
окраинах Галактики.
Брауер отложил плакат и вместе с остальными бумагами сунул его в приемный люк 
ТОТИВАКа.
ПРИШЛИТЕ СВЕДЕНИЯ О ПЛАНЕТНОЙ СИСТЕМЕ БЕЛЛАТРИКС, — приказал он компьютеру.
Беллатрикс, масса которой в 1,7 раза превосходила массу Солнца, находилась на 
растоянии 215 световых лет от него. Относительно Земли она располагалась в 
созвездии Ориона, но, разумеется, видимая близость от какой-то точки не давала 
действительного представления о пространственном расположении Беллатрикс в 
трехмерной системе координат.
Как следовало из представленных компьютером материалов, вокруг Беллатрикс 
обращалось шесть планет. Беллатрикс I — на расстоянии пятисот миллионов миль от 
раскаленного светила, а орбиты остальных пяти достаточно равномерно 
распределились в последующих трех миллиардах миль.
Брауер быстро ознакомился с донесением разведывательного звездолета, 
обследовавшего систему Беллатрикс.
Беллатрикс I, выжженная горячей звездой, нагретая до 150° по Цельсию, не 
годилась для жизни, и там, естественно, никого не было.