то делаю я, могут делать единицы, – сказал Ли. – Есть 
арифметика, и есть высшая математика. Если арифметикой магии в той или иной 
степени владеет большинство знахарей и доморощенных экстрасенсов-любителей, то 
высшая математика магии доступна далеко не всем. Во многих случаях самого 
простого манипулирования человеческим сознанием и воображением бывает довольно 
для того, чтобы добиться желаемых результатов.

Часто для того, чтобы разбудить отрицательное воображение человека, достаточно 
всего лишь сказать, что какой-то сильный экстрасенс наслал на него порчу, или 
подсунуть ему какую-нибудь магическую побрякушку, вроде его фотографии с 
проткнутым иголкой сердцем или особым образом завязанных пучков травы. Тут не 
потребуется никаких затрат энергии. Его подсознательный страх, разрастаясь по 
мере напоминания о магическом преследовании, сделает всю необходимую работу. В 
большинстве случаев реальное энергетическое воздействие ничтожно по сравнению с 
психическим воздействием, и поэтому нет смысла «стрелять из пушки по воробьям», 
прибегая к особо сложным и изощренным техникам.



Глава 29

Выделение видимого двойника


Золотая осень в Крыму всегда была моим любимым временем года. Конец октября 
выдался на удивление жарким. Он был словно пронизан золотом – золотом солнечных 
лучей, золотом осенних листьев, золотом сжатых полей.

Одним воскресным утром перед встречей с Учителем я неожиданно задумался о 
механизмах проскопии ощущений. В последнее время у меня все чаще возникали 
странные эмоционально окрашенные предчувствия относительно будущих событий. Я 
угадывал не сами события, а именно характер впечатлений, которые мне предстояло 
испытать. Это могло быть ощущение опасности, тревожности, значимости, 
загадочности или удовольствия. Как правило, в своих предчувствиях я не ошибался.


На скорую руку позавтракав, я выбежал из дома, спеша на остановку троллейбуса, 
который должен был довезти меня до перевала. Учитель назначил мне встречу в 
горах, на заранее оговоренном месте.

Эйфорически-волшебное предвкушение будущего охватило меня в тот момент, как 
дверь квартиры захлопнулась за моей спиной. Это было волнующее предчувствие 
чего-то чрезвычайно важного и значимого, событий, которые, возможно, изменят 
мою жизнь. Меня наполняла непоколебимая уверенность в том, что этот день станет 
особенным. Впрочем, любой день, проведенный с Ли был особенным и непохожим на 
другие. И все-таки я чувствовал, что этот день внесет в мою жизнь что-то новое 
и исключительно важное.

Выйдя на нужной остановке, я посмотрел вслед сине-белому троллейбусу, который, 
неторопливо набрав скорость, устремился вниз по горному серпантину, к 
невидимому за холмами морю. Полной грудью вдохнув свежий прохладный воздух, я 
отыскал неприметную тропинку, ведущую вверх.

Место встречи находилось неподалеку от остановки. Присев на нагретый солнцем 
камень, я выбрал позицию, из которой было удобно созерцать как горы, так и 
дорогу, проходящую через перевал. Незаметно для себя я погрузился в медитацию 
воспоминаний, связанных с осенью. Это время года для меня было наполнено 
особыми сентиментально-лирическими ощущениями. Начало учебного года, встречи с 
друзьями и любимыми девочками-школьницами, чувство первой любви, походы на 
охоту и многое-многое другое.

Учитель, как всегда, появился незаметно. Чувствуя мое настроение, он не стал 
нарушать его. Сняв с плеч рюкзак, Ли молча опустился на землю рядом со мной. 
Продолжая созерцать расцвеченные золотом осенней листвы силуэты гор, краем 
глаза я отметил, что на этот раз Учитель, против своего обыкновения, сидел не 
на корточках, а прямо на земле. На его бедрах были завязаны тесемки, идущие от 
прикрывающей ягодицы тоненькой подушечки, обшитой водонепроницаемой материей. 
Подобные приспособления обычно используют охотники, туристы и рыболовы, чтобы 
без опаски садиться на прохладную или влажную землю.

Чувство внутреннего единения с Учителем породило новую гамму ощущений. Не 
хотелось ни двигаться, ни говорить. Нам было просто хорошо вдвоем. Опьяненные 
красотой осени, мы сидели, глубоко вдыхая запахи леса, травы и земли.

Не знаю, сколько времени мы провели так, – десять минут, а может быть час. В 
какой-то момент я почувствовал, что моя душа насытилась красотами окружающего 
мира, и на смену потребности в созерцании прекрасного приходит жажда знания.

Чутко уловив перемену моего настроения