которого встречаются во всех древних Теогониях, находится в каждой из них при 
самом зарождении физического зла, ибо он стоит на пороге человеческой жизни. 
Кронос есть «Время», первый закон которого, чтобы порядок последовательных и 
гармонических фаз в процессе эволюции, во время развития цикла, придерживался 
бы точно – под страхом суровой кары за ненормальный рост со всеми происходящими 
от этого последствиями. В программу естественного развития не входило, 439] 
чтобы человек – хотя он и является высшим животным – стал бы сразу умственно, 
духовно и психически тем Полубогом, каким он является на Земле, тогда как его 
физическое строение оставалось бы слабым, беспомощным и эфирообразным по 
сравнению с почти любым огромным млекопитающим. Контраст слишком нелеп и груб; 
святилище слишком недостойно Бога, в нем обитающего. Таким образом, дар 
Прометея стал Проклятием – хотя это было известно наперед и предусмотрено 
Воинством, олицетворенным в этом облике, как ясно доказывает имя его985. Именно 
в этом заключается одновременно его грех и его искупление. Ибо Воинство, 
которое воплотилось в часть человечества, хотя и было направлено к этому Кармою 
или Немезидою, предпочло свободу воли пассивному рабству, разумное и 
самоосознанное страдание и даже мучение «на протяжении мириад времен», 
врожденному, бессмысленному, инстинктивному блаженству. Зная, что такое 
воплощение было преждевременным и не входило в программу Природы, Небесное 
Воинство, «Прометей», все же пожертвовало собою, чтобы облагодетельствовать 
этим хотя бы часть человечества986. Но, спасая человека от умственной темноты, 
они возложили на него мучения осознания его ответственности – результат его 
свободной воли – кроме всех прочих страданий, составляющих наследие каждого 
смертного человека во плоти. Это мучение Прометей принял на себя, ибо с этого 
времени Воинство слилось со святилищем, приготовленным для них и которое еще не 
было закончено в этот период образования.
       И так как духовная эволюция не была в состоянии следовать в ритм с 
физической, раз однородность ее была нарушена примесью, то дар этот стал, таким 
образом, главною причиною, если и не единым началом Зла987. Высоко философична 
440] аллегория, изображающая Кроноса проклинающим Зевса за низложение его в 
примитивное время Золотого Века Сатурна, когда все люди были Полубогами, и за 
создание физической расы людей, сравнительно слабых и беспомощных; а затем 
показывающая нам его же предающим виновного мщению (Зевса) за похищение у Богов 
их исключительного права на творение и, благодаря этому поднявшему человека до 
их уровня умственно и духовно. В случае Прометея, Зевс олицетворяет собою 
Воинство Первоначальных Прародителей, Питара, «Отцов», которые создали человека 
бесчувственным и без рассудка; тогда как Божественный Титан представляет 
Духовных Творцов, Дэв, которые «пали» в рождение. Первые духовно ниже, но 
физически сильнее, нежели «Прометейцы»; потому последние изображаются 
побежденными. «Низшее Воинство, труд которого Титан испортил и, таким образом, 
разбил планы Зевса», находилось на этой Земле в своей собственной сфере и плане 
действий; тогда как высшее Воинство было изгнанником с Неба, которое запуталось 
в сетях Материи. Низшее Воинство обладало всеми космическими и низшими 
Титаническими Силами; высший Титан владел лишь Огнем Разума и Духа. Эту драму 
борьбы Прометея с Олимпийским Тираном и деспотом, чувственным Зевсом, можно 
наблюдать ежедневно разыгрывающуюся среди нашего настоящего человечества; 
низшие страсти приковывают высшие устремления к скале Материи, чтобы, во многих 
случаях, породить коршуна горя, страдания и раскаяния. В каждом таком случае мы 
еще раз видим –
       «Бог…… закованный, вверженный в скорбь;
       Зевса враг всем ненавистный» –
       Бога, лишенного даже того высочайшего утешения Прометея, пострадавшего в 
подвиге самопожертвования –
       «За то, что так людей он возлюбил» –
ибо божественный Титан был движим альтруизмом; но смертный человек всегда и во 
всем – лишь самостью и эгоизмом.
       Современный Прометей стал теперь Epi-metheus, «тот, кто видит лишь после 
события», ибо всемирная филантропия первого давно выродилась в себялюбие и 
самопоклонение. Человек станет вновь свободным Титаном древних времен, но не 
прежде чем эволюция Цикла восстановит нарушенную гармонию между двумя 
естествами – земным и божественным; после чего он сделается непроницаемым для 
низший Титанических Сил, неуязвимым в своей Личности и бессмертным в своей 
Индивидуальности – но это не может произойти, прежде чем не будет уничтожен 
всякий животный элемент из его природы. Когда человек поймет, что «Deus поп 
441] fecit mortem»988, но что сам человек создал это, он вновь станет Прометеем 
до его падения.
       Для полного ознакомления с символизмом Прометея и началом происхождения 
этого мифа в Греции, внимание читателя отсылается ко второй части этого тома, к 
Отделу XX», «Прометей, Титан и т. д.». В указанной части – в некотором роде 
добавлении к настоящим данным – даются все добавочные осведомления относительно 
тех положений, которые будут больше всего оспариваться и опровергаться. Этот 
труд настолько разнообразен по сравнению с признанными стандартами теологии и 
современной науки, что не следует пренебречь ни одним доказательством, 
способствующим установить, что стандарты эти часто узурпируют незаконный 
авторитет.
_____

ДОБАВОЧНЫЕ ОТРЫВКИ ИЗ КОММЕНТАРИЕВ НА СТИХИ В СТАНЦЕ ХП
       Манускрипт, из которого эти добавочные объяснения взяты, принадлежит к 
группе, называемой Тун-шаг-кьи сан-гье со-нга или «Рекорды Тридцати пяти Будд