Вместе со своим военачальником пало до 6000 французских рыцарей. Тысячи шпор, 
снятых с убитых, были сложены в мастрихтской церкви как трофеи победы. Филипп 
не 
мог оставить не отомщенным такой позор. В 1304 г. во главе 60-тысячной армии 
король подступил к границам Фландрии. В августе в упорном сражении при Монс-ан-
Нюлле фламандцы потерпели поражение, но в полном порядке отступили в Лилль. 
После нескольких приступов Филипп заключил мир с сыном Гюи Дампьера Робертом 
Бетюнским, который находился у него в плену. Филипп согласился вернуть ему 
страну, при этом фламандцы сохранили все свои права и привилегии. Однако за 
освобождение своего графа и других пленных города должны были выплатить большую 

контрибуцию. В залог уплаты выкупа король взял себе земли на правом берегу Лиса 

с городами Лилль, Дуэ, Бетюн и Орши. Он должен был вернуть их после получения 
денег, но вероломно нарушил договор и навсегда оставил их за Францией.

Эти события разворачивались на фоне обострявшихся с каждым годом противоречий с 

папой. Поначалу, казалось, ничто не предвещало этого конфликта. Никто из 
европейских королей не был так любим папой Бонифацием VIII, как Филипп Красивый.
 
Еще в 1290 г., когда папа был только кардиналом Бенедетто Гаэтани и в качестве 
папского легата приезжал во Францию, он восхищался благочестием молодого короля.
 
Взойдя на престол в 1294 г., Бонифаций усердно поддерживал политику 
французского 
короля в Испании и Италии. Первые признаки взаимного недоверия обнаружились в 
1296 г. В августе папа обнародовал буллу, в которой запрещал мирянам требовать 
и 
получать субсидии от духовенства. По странной случайности, а может быть, и в 
ответ на буллу, Филипп в то же время запретил вывозить из Франции золото и 
серебро: этим он уничтожал один из главных источников папских доходов, потому 
что французская церковь уже не могла отсылать никаких денег в Рим. Уже тогда 
могла возникнуть ссора, но положение Бонифация на папском престоле было еще 
непрочным, кардиналы умоляли его прекратить скандалы, вызванные буллой, и он 
уступил им. В 1297 г. была обнародована булла, фактически отменявшая 
предшествующую. Как видно, папа ожидал, что король тоже сделает уступки. Филипп 

разрешил вывозить в Рим доходы папы, которые тот получал от французского 
духовенства, но продолжал притеснять церковь, и вскоре произошли новые 
столкновения с папой. Архиепископ Нарбоннский жаловался Бонифацию, что 
королевские сановники отняли у него ленную власть над некоторыми вассалами его 
кафедры и вообще причиняют ему разные обиды. Папа послал по этому делу легатом 
в 
Париж епископа Памьерс-кого Бернара Сессе. Одновременно ему было поручено 
требовать освобождения из плена графа Фландрского и исполнения данного прежде 
обещания об участии в крестовом походе. Бернар, известный своей заносчивостью и 

вспыльчивостью, был совершенно не тот человек, которому можно было бы доверить 
такое деликатное поручение. Не добившись уступок, он стал грозить Филиппу 
интердиктом и вообще говорил так резко, что вывел обычно хладнокровного Филиппа 

из себя. Король отправил в Памье и в графство Тулузское двух членов своего 
совета собрать улики для обвинения Бернара в непокорности. В ходе следствия 
выяснилось, что епископ во время своих проповедей часто употреблял неподобающие 

выражения и настраивал свою паству против королевской власти. Филипп велел 
арестовать легата и заключить под стражу в Санли. Он потребовал также от папы, 
чтобы тот низложил Бернара и позволил предать его светскому суду. Папа отвечал 
королю гневным письмом, требовал немедленного освобождения своего легата, 
грозил 
Филиппу отлучением и повелевал ему явиться на свой суд для того, чтобы 
оправдаться от обвинений в тирании, дурном управлении и чеканке порченной 
монеты. Филипп велел торжественно сжечь эту буллу на паперти собора Парижской 
Богоматери. В апреле 1302 г. он созвал в Париже первые в истории Генеральные 
штаты. На них присутствовали представители духовенства, бароны и прокуроры 
главных северных и южных городов. Чтобы возбудить негодование депутатов, им 
зачитали подложную папскую буллу, в которой претензии папы были усилены и 
заострены. После этого канцлер Флотт обратился к ним с вопросом: может ли 
король 
рассчитывать на поддержку сословий, если примет меры для ограждения чести и 
независимости государства, а также избавления французской церкви от нарушения 
ее 
прав? Вельможи и депутаты городов отвечали, что готовы поддержать короля. 
Духовенство после недолгого колебания также присоединилось к мнению двух других 

сословий.

После этого в течение года противники медлили с решительными мерами, но 
враждебность между ними все нарастала. Наконец, в апреле 1303 г. Бонифаций