| |
Иерусалима совершенно изменила настроение умов подданных обоих монархов.
Английские и французские рыцари отказывались воевать друг против друга и громко
требовали, чтобы их вели на неверных. Короли должны были хотя бы внешне
показать
стремление к миру. В августе 1188 г. они съехались в Жизоре, на границе
Нормандии, под старым вязом, где с давних пор обыкновенно происходило свидание
французских королей с герцогами нормандскими. Против ожидания примирения не
произошло. Англичане расположились на этом свидании в тени вяза, а французам
пришлось стоять под солнечным зноем; англичане смеялись над ними. Филипп так
рассердился на их шутки, что, когда англичане уехали, велел срубить вековое
дерево. Война возобновилась и была удачна для Филиппа. Старший сын Генриха,
Ричард Львиное Сердце, рассорился с отцом и приехал во Францию. Филипп объявил,
что лишает Генриха как мятежного вассала его французских владений и отдает их
Ричарду. Ричард присягнул на верность французскому королю. Многие бароны
перешли
на его сторону. Летом 1189 г. Ла-Манс, Тур и Сомюр были взяты французами.
Генрих
пал духом, приехал в Ши-нон и заключил здесь мир. При этом он признал Филиппа
своим сюзереном и обещал заплатить ему 20 000 марок серебра за возвращение
своих
областей.
Вскоре после этого Генрих умер. На английский престол вступил Ричард. Все
взаимные распри были на время оставлены, и оба короля стали деятельно
снаряжаться в крестовый поход. Уже весной 1190 г. их армии сошлись в Бургундии.
До Лиона короли добирались вместе, но потом решено было разделиться. Филипп
первый сел в Генуе на наемные корабли, благополучно переправился в Сицилию и в
сентябре высадился в Мессине. Через неделю прибыл Ричард. Тут взаимное согласие
между крестоносцами нарушилось. Ричард затеял войну с мессинянами. Филипп
держался сначала нейтрально, но, после взятия Мессины англичанами, стал
требовать часть города и половину захваченной там добычи. Грозивший раздор
между
союзниками был устранен с большим трудом. Тем временем наступила непогода, и
отплытие в Сирию решено было отложить до весны. В конце марта 1191 г. Филипп
покинул Мессину, исполненный глубокого раздражения против англичан, и поплыл
прямым путем в Аккону, который осаждал иерусалимский король Гвидо. Через
несколько месяцев, захватив по пути византийский Кипр, приплыл Ричард. Ссоры
между королями немедленно возобновились. Филипп был рассержен тем, что Ричард
давал всем нуждавшимся рыцарям, поступавшим к нему на службу, по четыре
червонца, в то время как сам он назначил для этой цели только по три. Поскольку
еще прежде союзники договорились поровну делить между собой все завоевания,
Филипп стал домогаться половины Кипра. Ричард не хотел уступать ему, так как
считал, что их договор относится только к мусульманским владениям. Но несмотря
на все эти недоразумения, осада завершилась благополучно, и 12 июля Аккон
сдался. Хотя война еще далеко не была завершена и Иерусалим оставался в руках
мусульман, Филипп объявил о своем намерении вернуться во Францию. Говорили, что
он был принужден к этому болезнью, но, вероятнее всего, он торопился как можно
скорее предъявить свои права на наследство умершего незадолго до этого графа
Филиппа Фландрского. Оставив часть войска под началом Гуго Бургундского и
Генриха Шампанского, Филипп в конце июля отплыл от берегов Сирии. Его обратная
поездка вдоль Малой Азии и Греции в Италию, а оттуда во Францию завершилась
вполне благополучно.
По возвращении из Палестины Филипп посватался к дочери датского короля
Ингеборге, очень красивой и скромной девушке. Впрочем, руководствовался король
не ее внешностью, а исключительно денежными расчетами, так как брат Ингеборги,
Кнут VI, был очень богат и давал за ней хорошее приданное. Бракосочетание
состоялось в августе 1193 г. На следующий день, когда новая королева должна
была
короноваться, Филипп неожиданно отверг ее под предлогом непреодолимого
отвращения, удержав, однако, все ее деньги. Собрав епископов королевства, он
приказал им узаконить развод, и, как ни ничтожен был предлог, как ни умоляла
бедная Ингеборга епископов защитить против Филиппа святость только что
совершенного таинства, пастыри церкви слишком боялись короля, чтобы противиться
его требованиям. Даже когда папа Целестин III, у которого Кнут просил защиты,
отдал дело на пересмотр собору французского духовенства, епископы вели себя, по
выражению одного современного писателя, как немые собаки, не смевшие лаять в
страхе за свою шкуру. Ингеборга не согласилась вернуться в Данию, и тогда
король
заточил ее в монастырь, где с ней обходились чрезвычайно дурно. В июне 1196 г.
Филипп женился на Агнесе, дочери герцога Меранско- го, хотя папа объявил развод
|
|
