Интеграция психически больных в обществе (mainstreaming (psychotics))
    
    Процесс интеграции психически больных в здоровой среде представляет собой 
альтернативу госпитализации и традиционной общей системе психиатрического 
здравоохранения. Пациентам с хронической шизофренией и др. хроническими психич. 
заболеваниями помогают адаптироваться, используя системы соц. поддержки, 
доступные среднему представителю общества.
    Вмешательства структурированы в рамках реабилитационной модели. Психически 
больные люди с тяжелыми расстройствами побуждаются к тому, чтобы использовать в 
качестве модели соц. поведения здоровых представителей об-ва, а не др. больных. 
Конечной целью для каждого больного является получение максимально возможной 
соц. поддержки при пользовании обычными коммунальными ресурсами.
    Усилия по интеграции адресуются лицам, обычно не способным к жизни в об-ве 
вследствие проявлений болезни и дезорганизации поведения. Им помогают развивать 
навыки, необходимые для вхождения в нормальный мир. Они часто могут жить 
самостоятельно, иногда оказывают поддержку друг другу и играют более полезную 
роль в об-ве. Болезни не излечиваются, но больные оказываются на более высоком 
уровне функционирования.
    См. также Дневные стационары, Дома на полпути, Реабилитация
    В. Рейми
    
   Интеллект животных (animal intelligence)
    
    Представление о том, что разные виды животных различаются по уровню 
интеллекта, прочно укрепилось в сознании людей. Многочисленные 
научно-популярные статьи и различные телевизионные программы посвящены 
сравнению интеллектуального уровня котов и собак, коров и свиней, а тж др. 
групп животных. Даже Аристотель пытался упорядочить биолог. виды на единой 
шкале интеллекта, scala natura. Нек-рые склонны считать задачей сравнительной 
психологии всего лишь пополнение совокупности подобных сравнений. Неявной 
предпосылкой такого подхода служит уверенность в том, что существует некая 
унитарная черта, «интеллект», и одним видам она присуща в большей степени, чем 
др. Хотя, по всей вероятности, такая т. зр. является довольно безосновательной.
   История
    На протяжении всей истории философии можно проследить т. зр., согласно 
к-рой в регуляцию поведения людей и животных вовлечены принципиально различные 
процессы. Так, Р. Декарт писал, что «после заблуждения атеизма, ничто не уводит 
слабые умы так далеко от истины, как идея о том, что ум животных сходен с 
нашим». С приходом идей Ч. Дарвина возникло представление о непрерывности 
(преемственности) умственных процессов. Дарвин, Романес и др. цитировали 
многочисленные истории, в к-рых акцентировалось человекоподобное поведение 
животных. В ответ на такой подход К. Ллойд Морган, Жак Леб и др. призывали к 
тщательному эксперим. анализу научения вместо опоры на бездоказательные истории 
о животных.
    На первых этапах изучения И. ж. выдающимся новатором стал Э. Л. Торндайк. 
Он писал, что «постоянно теряются сотни собак, и никто этого даже не замечает, 
и тем более не публикует заметок об этом в научных журналах. Но стоит только 
одному псу найти дорогу от Бруклина до Йонкерса, и этот факт тотчас же 
становится муссируемым слухом». На протяжении своей короткой карьеры 
сравнительного психолога Э. Л. Торндайк исследовал множество видов животных. Он 
пришел к следующему заключению: «Формально краб, рыба, черепаха, собака, кошка, 
обезьяна и младенец обладают очень сходным интеллектом и характером, к-рые 
представляют собой систему связей, изменяющуюся согласно законам упражнения и 
эффекта». Хотя биолог. виды считали различающимися как в отношении 
устанавливаемых связей, так и их способности делать это, подразумевался единый 
процесс. Э. Л. Торндайк редко прибегал к простым сравнениям «интеллекта». Он 
считал, что одна из функций сравнительной психологии — проследить эволюцию 
челов. интеллекта и «что ее выполнению мало поможет тот факт, что собаки 
сообразительнее кошек, киты — тюленей, а лошади — коров».
    Взгляды Э. Л. Торндайка способствовали сдерживанию исслед. эволюции 
интеллекта и сосредоточению осн. усилий на изучении ограниченного числа видов. 
Тем не менее, было проделано достаточное количество работ, что позволяет 
составить весьма резонное представление об И. ж. Несомненно, что люди и 
человекообразные обезьяны по способности к научению не имеют себе равных среди 
остальных животных. Тем не менее, простой метод расположения животных вдоль 
единой шкалы так и не появился. Тж нет и никаких достоверных указаний на то, 
что процессы, лежащие в основе научения чел., принципиально отличаются от тех, 
на к-рых базируется научение у остальных видов животных.
   Научение у беспозвоночных
    В попытке продемонстрировать научение у таких одноклеточных организмов, как 
инфузория-туфелька и амеба, выполнено множество работ. Были продемонстрированы 
изменения в выполнении заданий, коррелирующие с упражнением и достаточно 
сходные с изменениями у многоклеточных организмов. Однако ни в одном из случаев 
нельзя было наверняка утверждать, что имело место ассоциативное научение. 
Одноклеточные организмы чувствительны к таким факторам, как рН (концентрация 
ионов водорода), содержание сахара и углекислого газа в воде. Мн. из 
манипуляций, использованные в опытах по научению, напр., пропускание 
электрического тока и снабжение пищей, влияли на эти факторы. Т. о., не 
представляется возможным точно определить, произошло ли научение или была