Начало изучению растительных ядов положил немецкий аптекарь Зертюнер, когда в 
1803 г. выделил из опиума морфий. В последующие десятилетия естествоиспытатели 
и 
фармацевты выделяли - в первую очередь из экзотических растений - все новые и 
новые яды. Так как эти яды имели единый для всех них базисный характер - были 
подобны щелочам, то они получили общее название алкалоидов. Все растительные 
алкалоиды оказывают воздействие на нервную систему человека и животных: в малых 

дозах действуют как лекарство, в более значительных - как смертельный яд.

В 1818 г. Каванту и Пелетье выделили из рвотного ореха смертоносный стрихнин. В 

1820 г. Десос нашел хинин в коре хинного дерева, а Рунге - кофеин в кофе. В 
1826 
г. Гизекке открыл кониии в болиголове. В 1828 г. Поссель и Рай-ман выделили 
никотин из табака, а Майн в 1831 г. получил атропин из белладонны.

Своего открытия еще ждали примерно две тысячи различных растительных алкалоидов 

- от кокаина, гиосциамина, гиосцина и колхицина до аконитина. Прошло некоторое 
время, пока первые алкалоиды пробили себе дорогу из небольших еще лабораторий и 

кабинетов ученых к врачам, химикам и аптекарям, а затем и к более широкому 
кругу 
людей. Само собой получилось так, что поначалу не только их целебными, но и 
ядовитыми свойствами воспользовались именно врачи.Но довольно скоро эти яды 
оказались и совсем в других руках, что повлекло за собой постоянный рост числа 
совершаемых при их помощи убийств и самоубийств. Однако каждое убийство и 
самоубийство лишний раз доказывало, что растительные яды приводят к смерти, не 
оставляя, в отличие от мышьяка и других металломине-ральных ядов, никаких 
следов 
в организме умершего, которые можно было бы обнаружить.

Все растительные яды растворимы как в воде, так и в спирте. В противоположность 

этому почти все субстанции человеческого организма - от белков и жиров до 
целлюлозы содержимого желудка и кишечника - не растворимы ни в воде, ни в 
спирте, ни в них обоих вместе. Если смешать органы человека (после того как они 

измельчены и превращены в кашицу) или их содержимое с большим количеством 
спирта, в который добавлена кислота, то такой подкисленный спирт способен 
проникнуть в массу исследуемого материала, растворяя растительные яды - 
алкалоиды - и вступая с ними в соединения.

Если подвергнуть пропитанную спиртом кашицу фильтрации и дать спирту стечь, то 
он унесет с собой, помимо сахара, слизи и других веществ человеческого 
организма, растворенных в спирте, и ядовитые алкалоиды, оставив только те 
вещества, которые в нем не растворимы. Если же неоднократно смешивать этот 
остаток веществ со свежим спиртом и повторять фильтрацию до тех пор, пока спирт 

не станет больше ничего из него впитывать, а будет стекать чистым, то можно 
быть 
уверенным, что подавляющее большинство ядовитых алкалоидов, находившхся в 
кашице 
из измельченных органов умершего, перешло в спирт. Если затем выпаривать 
спиртовой фильтрат до сиропообразного состояния, обработать этот сироп водой и 
полученный таким путем раствор неоднократно профильтровать, то на фильтре 
останутся те компоненты человеческого тела, которые не растворимы в воде, 
например жир и т. п., в то время как алкалоиды вследствие своей растворимости в 

воде стекут вместе с ней.

Чтобы получить еще более чистые, свободные от "животных" субстанций растворы 
искомых ядов, можно и нужно полученный водянистый экстракт выпаривать повторно 
и 
заново обрабатывать спиртом и водой, пока наконец не образуется продукт, 
который 
полностью будет растворяться как в спирте, так и в воде. Но этот раствор все 
еще 
остается кислым, и кислота связывает в нем растительные алкалоиды. Если же 
добавить в него подщелачивающее вещество, скажем, каустик или едкое кали, 
алкалоиды высвободятся.

Чтобы выманить "ставшие свободными" растительные яды из щелочного раствора, 
требуется растворитель, который бы при взбалтывании с водой образовывал на 
время 
эмульсию, а отстоявшись, снова бы отделился от воды. Таким растворителем 
является эфир. Эфир легче воды, он смешивается с ней при взбалтывании, а затем 
снова от нее отделяется. Но при этом эфир абсорбирует ставшие свободными