к  министру  внутренних  дел  Баварии.  Здесь были арестованы два руководителя
баварского СА, Шейнгубер и Шмидт. Арестованные отдали честь фюреру, но в ответ
последовал  взрыв  истерического  гнева.  Гитлер  сорвал с изумленных офицеров
знаки  отличия  и  набросился  на  них с бранью. Он выхватил револьвер, но его
опередил  один  из  телохранителей,  Эмиль  Морис, расстреляв офицеров в упор.
Гитлер  пнул  ногой  один  из  трупов  и  сказал:  "Эти  люди были не так уж и
виноваты".
     В  сопровождении  охраны  СС  Гитлер  направился  в Бад-Висзее, где Рем и
несколько  его  соратников остановились в частном отеле. Рем лежал в постели и
крепко  спал. "Кто там?" - сонно спросил Рем. "Это я, Гитлер. Открывайте!" Рем
открыл  дверь  и  сказал:  "Уже?  Я  не  ожидал  вас  раньше завтрашнего дня".
"Арестуйте  его!"  -  крикнул  Гитлер  своим  подручным. В это время несколько
эсэсовцев  стучали  в  соседнюю дверь. Там они обнаружили обергруппенфюрера СА
Эдмунда  Хайнеса,  ближайшего помощника Рема, который лежал в постели со своим
молодым  шофером.  Хайнес  и  его  юный друг были расстреляны на месте. Тут же
арестовали  еще  нескольких  руководителей  СА,  которых вместе с протестующим
Ремом и трупами Хайнеса и его любовника затолкали в ожидавший автомобиль.
     Прибывший  в  Мюнхен  заместитель фюрера Рудольф Гесс устроил западню для
офицеров  СА  в  "Коричневом  доме".  Явившиеся  туда  штурмовики  были тут же
арестованы  охраной СС. Одного за другим ничего не понимавших людей отправляли
в  тюрьму  Штадельхейм.  Туда  же  прибыл  и Гитлер, потребовав дополнительных
казней.
     Позвонив в Берлин, Гитлер приказал Герингу и Гиммлеру поторопиться, чтобы
закончить кровавую бойню. 150 высших руководителей СА, подозреваемых в измене,
были  арестованы  и  посажены  в  угольный  подвал  казармы  кадетской школы в
Лихтерфельде.  Многие  понятия  не имели, за что их схватили. Некоторые шли на
смерть  с криком "Хайль Гитлер!" К стене во внутреннем дворе выводили разом по
четыре  человека.  Эсэсовцы срывали с них рубашки и углем рисовали черный круг
на  левой  стороне  груди.  Это  была  мишень. С расстояния в несколько метров
стрелковая команда залпами расстреливала обреченных. Час за часом продолжались
казни.
     Приходилось  часто  менять  команду,  потому  что  палачи  не выдерживали
долгого  напряжения.  Жертвы кричали и корчились на земле. Один офицер добивал
их  выстрелом  в голову. Трупы вывозили в закрытых грузовиках, предназначенных
для перевозки скота.
     Спустя  два  дня  был убит Рем. Гитлер распорядился оставить в его камере
револьвер  и  дал  ему  десять минут, чтобы тот сам избрал "способ чести". Рем
отказался  поверить такому приказу и потребовал, чтобы к нему пришел его друг.
Тогда  два  охранника,  действуя  по  приказу  Зеппа Дитриха, вошли в камеру и
застрелили Рема.
     Никто  точно  не знает, сколько человек было убито во время этой кровавой
бойни.  Предположительно  погибло  77  нацистских главарей и около 100 рядовых
членов.  (Имеются сведения, что всего погибло около тысячи человек.) Хотя удар
был  направлен  главным  образом  по  левому  крылу  партии,  но в неразберихе
некоторые воспользовались возможностью свести старые счеты. Геринг, из зависти
к воинскому званию и влиянию генерала Курта фон Шлейхера, распорядился занести
его  имя в список смертников. Находившийся в отставке с января 1933 специалист
по  интригам  фон  Шлейхер,  хотя  и  относился  с  презрением  к  Рему  и его
штурмовикам,  все же разделил их судьбу. В то время как Гитлер летел в Мюнхен,
возле  виллы  фон  Шлейхера на окраине Берлина остановилась машина, из которой
вышли  шесть эсэсовцев, переодетых в гражданскую одежду. Фон Шлейхер завтракал
с  женой  и  пятнадцатилетней  падчерицей.  Эсэсовцы ворвались в дом и открыли
стрельбу  по Шлейхеру и его жене. Девочку они предупредили, что с ней будет то
же самое, если она расскажет о том, что видела.
     Грегор  Штрассер был застрелен в камере эсэсовцем, похвалявшимся: "Я убил
свинью!"  Вице-канцлеру  Францу  фон  Папену повезло больше: он несколько дней
лишь находился под наблюдением. Но его личный секретарь был застрелен на своем
рабочем  месте,  а  его  соавтор  по марбургскому выступлению (см. Марбургская 
речь)   убит  в  тюрьме.  В  Мюнхене  75-летнего  Густава  фон  Кара,  который
одиннадцатью  годами  раньше подавил гитлеровский "Пивной путч" 1923, вытащили
из дома, забили до смерти и кинули в болото. Не обошлось и без ужасных ошибок.
Вилли Шмид, известный музыкальный критик, погиб по случайному совпадению - его
перепутали  с  человеком  по  имени Вилли Шмидт. Рудольф Гесс навестил вдову и
принес  ей  извинения.  Считавшийся организатором "заговора СА" Карл Эрнст был
схвачен  эсэсовцами  неподалеку  от  Бремена,  когда  он  собирался  отплыть в
свадебное путешествие, отправлен самолетом в Берлин и там казнен.
     1  июля  партийная  нацистская  пресса  сообщила о казни 8-и главарей СА.
Смерть  фон  Шлейхера  преподнесли  как  "несчастный  случай".  2  июля газеты
сообщили,  что "изменник Рем, отказавшийся признать результаты расследования",
был казнен.
     Рано  утром 2 июля все службы гестапо, СС и полиции безопасности получили
следующую  радиограмму,  подписанную  Герингом и Гиммлером: "Министр-президент
Пруссии  и  шеф  тайной  государственной  полиции всем полицейским властям. По
приказу  верховных властей все документы, связанные с операциями, проведенными
за   два   последних  дня,  должны  быть  сожжены.  Отчитаться  немедленно  по
выполнении".
     3   июля   состоялось   заседание   кабинета   министров.   Ни   один  из
присутствующих,  включая  министра  юстиции  Гюртнера,  личного  друга  многих
погибших,  не  осмелился  выступить  с  осуждением кровавой резни. Более того,
министры  поблагодарили Гитлера за спасение Германии от революционного хаоса и