На плечи посла ложилась ответственность за ведение переговоров особого 
технического свойства. Тогда-то ему очень помогло его образование авиационного 
инженера.
598

100 ВЕЛИКИХ ДИПЛОМАТОВ

Соглашения по ОСВ-1, прежде всего Договор по ПРО, явились фундаментом всего 
процесса по ограничению и сокращению ядерных и стратегических вооружений. Не 
менее трудными были переговоры и по ОСВ-2, в которых Добрынин и посольство 
сыграли наряду с нашей делегацией в Женеве ведущую переговорную роль.

Помимо вопросов стратегических вооружений посол в Вашингтоне обменивался 
мнениями по региональным проблемам. Кроме Вьетнама он обсуждал с американцами 
вопросы Ближнего Востока, Афганистана, Кам-боджы, Анголы, Никарагуа. Посольство 

СССР в США являло собой как бы внешнеполитическое ведомство в миниатюре, 
занимаясь всеми основными направлениями внешней политики. Во времена Добрынина 
в 
посольстве работало не менее 100 дипломатов.

Характерной особенностью дипломатической деятельности Добрынина-а ему пришлось 
иметь дело с шестью президентами США: Кеннеди, Джонсоном, Никсоном, Фордом, 
Картером и Рейганом - была постоянная заинтересованность в сохранении 
стабильных 
отношений с США. Добрынин считал, что достигается это прежде всего умной, 
расчетливой дипломатией. Анатолию Федоровичу в сложнейших ситуациях удавалось 
убедить или уговорить американское руководство не идти на обострения, опасные и 

для самих США.

Алексей Бессмертных, видный российский дипломат, с восторгом пишет о своем 
учителе А.Ф. Добрынине- "Посол умел выстраивать варианты бесед в зависимости от 

характера собеседника и ситуации. Тщательно к ним готовясь, он раскладывал (тут 

ему помогало хорошее знание тактики в шахматной игре) систему собственных 
аргументов и пытался предвидеть систему защиты или нападения другой стороны. 
Получалось некое ветвистое логическое древо будущих переговоров. Добрынин 
вообще 
нестандартно вел даже официальные беседы. Он крайне редко брал с собой 
помощников, никогда, досконально владея американским вариантом английского 
языка, - переводчиков. Он не приглашал с собой записывающего беседу, что делают 

обычно другие послы, а представители американской администрации непременно 
полагаются на специалистов-стенографов. Он приходил на разговор, как правило, 
один и по ходу диалога ничего не записывал. Это, надо сказать, нервировало 
американцев, они не были уверены, действительно ли он докладывает в Москву все 
те нюансы, которые они излагают. Они порой предпринимали меры, в том числе 
через 
своего посла в Москве, чтобы перепроверить, насколько достоверно Добрынин 
доносил до своего руководства сказанное в Белом доме или Госдепартаменте.

Понятно, не было ни одного случая, когда бы они обнаружили какую-то неточность. 

Обладая феноменальной памятью, Добрынин по возвращении с беседы, бывало, 
закрывался в кабинете и бисерным почерком записывал содержание разговора. В 
более поздние годы он стал надиктовывать текст советнику-посланнику, который 
потом оформлял его - с небольшой стилистической шлифовкой - в виде 
шифротелеграммы в Москву. Это был, по сути, точный пересказ беседы. Но этим 
посол не ограничивался: он либо в той же телеграмме, либо сразу вслед за ней 
давал анализ полученного сообщения, вскрывал мотивы демарша, предлагал 
конкретные ответные ходы".

Добрынин понимал, что для принятия решений Москва прежде всего должна знать 
мотивы происходящего и, что особенно важно, истинные намерения другой стороны. 
И 
только опытность посла, его профессиона-

ХУСЕЙН БЕН ТАЛАЛ

599

лизм, умение добыть сведения, оценить настроение другой стороны могут помочь 
правительству принять верное решение, предостеречь его от ходов, которые могут 
нанести вред интересам государства. Добрынин поднял роль посла до 
непосредственного участника выработки решений по крупнейшим вопросам мировой 
политики.

По словам А. Бессмертных, "ему удалось вывести дипломатию на уровень