заявления 
он любит заучи* вать наизусть... У меня создалось о нем впечатление как об 
опытном^ ораторе. Свой капитал красноречия он умел хорошо преподнести. Говорил 
без волнения, по крайней мере так выглядело внешне, хотя ощущалась его 
собранность, и он всегда был, как утверждали англичане"] "алерт"- начеку".

Непримиримый враг коммунизма, он, когда это было в его интересах, \ называл 
Сталина "своим другом" и произносил тосты за его здоровье. Чер- * чилль верил в 

силу "личной дипломатии", в собственную способность уста-"| навливать 
"дружеские 
доверительные отношения", имея в виду в будущем. привлечь Россию также к 
"конструктивному сотрудничеству".

Еще в январе 1945 года Черчилль убедил Сталина первым нанести ударЛ по 
центральной части германской территории и таким образом помочь за-,| падным 
державам. Вернувшись в феврале 1945 года из Ялты, Черчилль зая->; вил, что ни 
одно правительство не проявило такой верности договору, как советское; он ни в 
малейшей степени не сомневался в искренности маршала Сталина и в его доброй 
воле 
к сотрудничеству.                                          > '*

Смысл этой войны Черчилль видел в уничтожении Гитлера и разру" ! шении 
державного статуса Германии в Европе. "Это та цель, - сказал; он, - которая 
объясняет все остальное". Но его представления о послевоенном урегулировании 
были смутными и неопределенными. Под? влиянием панъевропейской идеи какое-то 
время Черчилль склонялся

федеративным планам, в которых Великобритании предоставлялись большие 
возможности. Большие надежды он возлагал на возрождение Франции в качестве 
ведущей державы Западной Европы. От территориальных и националистических 
проблем 
он старался по возможности
уходить.
Пока Германия еще не была побеждена^он ко всем вопросам подходил с точки зрения 

их пользы для союзников, в критические моменты он не останавливался даже перед 
тем, чтобы дать обещание, которое он заведомо не мог выполнить.
В следующие десять лет после Потсдама (1945-1955) Черчилль выступал в роли 
"хранителя нации", которую он прекрасно исполнял, не считая ее, однако, 
особенно 
интересной для себя. В 1946 году ему удалось, используя страх общества перед 
советскими амбициями, создать внешнеполитический консенсус с руководством 
лейбористской партии, целью которого было упрочение национального единства.
5 марта того же года он выступал с речью в американском городе Фул-тоне, где в 
присутствии американского президента Трумэна выдвинул идею политики силы, 
основой которой должно стать замкнутое атлантическое партнерство 
англосаксонских 
государств. Черчилль взялся "формулировать общую программу борьбы против СССР, 
заявив: "На Европу опустился железный занавес". В Фултоне впервые были 
произнесены слова "холодная
война".
Возможно, он заигрывал тогда с идеей новой войны, поскольку США были 
единственной в мире державой, имевшей атомную бомбу; известно, что ему 
приписывались такие мысли и что ему никогда больше не удавалось получить в 
Англии единодушного одобрения своих внешнеполитических планов. То же самое 
можно 
сказать и о его планах, связанных с Европой. Несмотря на то, что европейские 
проблемы никогда не были ему особенно близки и он не занимался ими, если они не 

касались непосредственно Англии, он выступал за идею "европейского объединения" 

и "германо-французского примирения".
19 сентября 1946 года Черчилль в Цюрихе поддержал идею создания "Совета Европы" 

и привлечения "отдельных немецких государств" в содружество западноевропейских 
народов, вскоре он выступил также за перевооружение Западной Германии и ее 
неразрывную связь с Западом. Но как бы ни был велик его авторитет в глазах США 
и 
Западной Европы, где его личность связывалась с идеей холодной войны, в Англии 
его популярность пошла на убыль; время, когда им восхищались, осталось позади. 
Его крайне консервативные взгляды шли вразрез с настроениями британского народа 

и жаждой демократических перемен, что привело к поражению консерваторов и его 
лично, как премьера, на выборах в июле 1945 года, и он вновь отошел от власти 
на 
несколько лет. Но не от политики.
С большим трудом и только после второй попытки ему удалось в 1951 году 
потеснить 
лейбористов и организовать свой собственный кабинет. Черчилль проводил