личностей".
Весной и летом 1927 года нацистские лидеры обвиняли Штреземана в измене. 
Проблема репараций обострилась, зашла в тупик и проблема разоружения. Выступая 
27 июня 1927 года в рейхстаге, Штреземан заявиЛ) что "отсутствие французского 
доверия" и "ответных действий" в Рейнской области подрывают "дух Локарно". 
"Спустя восемь лет мы хотим быть мирным и свободным народом на свободной 
немецкой земле. Мы не отказались гарантировать мир другим народам, но дайте и 
немецкому Рейнланду мир, на который он имеет законное право!"
В 1928 году состояние здоровья Штреземана значительно ухудшилось. Лечение в 
Бюлерхоэ, близ Бадена, не помогало, базедова болезнь прогрессировала. 6 августа 

1928 года у Штреземана случился микроинсульт, и он на несколько дней лишился 
речи. Едва оправившись от удара, он продолжил работу, вел телефонные переговоры 

со своим министерством, германскими и иностранными дипломатами. 27 августа в 
Париже он участвовал в подписании пакта Бриана - Келлога, провозгласившего 
отказ 
от войны как орудия национальной политики, а за день до того был принят 
британским премьер-министром Пуанкаре и в течение часа вел с ним очень трудные 
переговоры. "Кризис доверия" усугублялся территориальными притязаниями 
Штреземана к Польше и к Бельгии.
В ноябре 1928 года Штреземан вновь был избран председателем Народной партии. С 
трибуны рейхстага он потребовал от оккупационных держав ускорить освобождение 
Рейнской области, а соотечественников призвал к проведению "единственно 
возможной германской политики... разумного мирного взаимопонимания на основе 
равенства".
19 августа 1929 года на международной конференции в Гааге, собравшейся для 
обсуждения нового репарационного плана О. Юнга, Штреземан вручил Бриану 
меморандум с требованием пересмотреть репарационную проблему и освободить 
Рейнскую область. В конце августа в Гааге был подписан протокол о полном выводе 

оккупационных войск из II зоны Рейнской области до конца 1929 года, а из III 
зоны - до 30 июня 1930 года; 31 августа план Юнга, предусматривавший уменьшение 

репарационного долга и
488

100 ВЕЛИКИХ ДИПЛОМАТ!

УИНСТОН ЛЕОНАРД СПЕНСЕР ЧЕРЧИЛЛЬ

489

увеличение срока выплаты, был в принципе одобрен. Оценивая резулы< конференции 
в 
Гааге, Штреземан писал председателю рейхстага Г. Л "В гаагских переговорах я 
вижу завершение определенного этапа внеин политики, что дает нам возможность в 
будущем проводить широкомасшт ную политику взаимопонимания свободно и 
независимо 
от вечной борь вокруг вопросов о репарациях и оккупированных областях".

Пренебрегая запретами врачей, Штреземан в сопровождении же! и старшего сына 
Вольфганга прибыл 4 сентября 1929 года в Женеву X Ассамблею Лиги Наций. 
Выступление Штреземана дважды откладывал из-за тяжелых сердечных приступов. 9 
сентября в своей речи он приз отказаться от политики насилия и войн, заметив: 
"Войну можно предот,. тить не путем подготовки войны против войны, а только 
устранением причин". Поддержав идею европейской конфедерации, Штреземан рецй, 
тельно возражал "скептикам и пессимистам", отвергавшим "любую иде* если она не 
укладывается в обыденное нормальное мышление".            -ц

Осенью 1929 года в Германии активизировались реваншисты, рвались^ власти 
нацисты. Штреземан тревожился о будущем не только страны, своей семьи. Дом 
Штреземана был одним из центров духовной жизни   " лина, местом встреч 
писателей, журналистов, артистов, художников. В и мье любили музыку, особенно 
Бетховена и Вагнера. Жена Штреземана Ке неплохо пела, обучала обоих сыновей 
игре 
на фортепьяно.

_ Вернувшись из Женевы, Штреземан отдал остаток сил реализации < глашений 
Гаагской конференции и поддержке коалиционного правительси Г. Мюллера. 2 
октября 
он направил послу в Париже телеграмму, в которс подчеркнул связь между планом 
Юнга и Саарским вопросом и выраз" готовность обсудить этот вопрос 16 октября. В 

тот же день незадолго , полуночи тяжелый инсульт лишил его сознания и 
парализовал правую ча, тела. Перед рассветом в четверг 3 октября 1929 года 
Густав Штреземан ско* чался. В истории Германии и Европы завершилась "эра 
Штреземана", э| "политики взаимопонимания". 6 марта 1929 года на заседании 
Совета Лиг Наций он завещал: "Обеспечить вечный мир - таков идеал, к которо, 
стремятся люди, хотя никто не может утверждать, что человечество когда^ нибудь