иностранным делам палаты депутатов. На одном из первых заседаний миссии он 
заявил, что является противником тайной дипломатии, полит ки "королевских 
секретов". Внешнеполитическая деятельность, по мнению, должна быть взята под 
парламентский контроль "ничем не ст няемой гласности". Барту считал полную и 
безоговорочную реализаци Версальского договора, вступившего в силу 10 января 
1920 года, основнс внешнеполитической задачей Франции.

15 января 1922 года Р. Пуанкаре сформировал новое правительство Тр тьей 
республики. Барту получил пост министра юстиции и одновремени министра по делам 

Эльзаса и Лотарингии. Он был назначен главой франг ской делегации на 
конференции 
в Генуе.

На международной экономической конференции в Генуе в апре 1922 года французская 

делегация сразу же попыталась взять инициативу! свои руки. Барту заявил: "Мы 
явились сюда, чтобы действовать, мы не щ блюдатели,-а сотрудники, готовые 
принять участие в общей работе и взя на себя свою долю общей ответственности".

В ходе переговоров с делегацией советской России Барту показал себ образованным 

и лояльным собеседником, о котором М.М. Литвинов щ зднее вспоминал: "Его 
публичные выступления отличались прямотой, серь езностью и убедительностью. Он 
не прибегал к дипломатическим фразам ] ущерб смыслу и ясности своих 
выступлений... Благодаря его уму, остроумии и всестороннему образованию беседы 
с 
ним доставляли всегда ИСТИНЕ эстетическое наслаждение".

В качестве предварительного обязательного условия нормализации I ношений с 
Советским государством Барту потребовал погасить царек долги. Советская сторона 

выдвинула свои контрпретензии к державам-ин| тервентам. На пленарном заседании 
конференции Барту прибег к ультима! туму. Барту рассчитывал на единую позицию 
всех кредиторов. Однако Гер| мания неожиданно подписала договор с Советским 
государством. Чичери сразу заверил Барту, что Рапалльский договор никоим 
образом 
не антифранцузской направленности. 1 мая 1922 года Барту писал советскому 
наркому, что "не сомневается в искренности намерений, продиктованнь в письме 
российской делегации", и тут же отметил громадную историческув значимость для 
Франции ее боевого сотрудничества с Россией в годы Пер вой мировой войны. 
"Некоторых политических деятелей, - объяснял свои позицию Барту, - обвиняют в 
том, что они, как флюгеры, всегда повернув ты по ветру. Но как раз и нужно 
повертываться по ветру. Слабость полити* ческих деятелей состоит в том, что они,
 
если можно так выразиться, пово^ рачиваются против ветра".

В июле 1922 года Луи Барту был избран в сенат. А в октябре он ста председателем 

репарационной комиссии, на которую было возложен* проведение в жизнь 
репарационных статей Версальского договора. 9 ян" варя 1924 года репарационная 
комиссия под председательством Барту тре* мя голосами (Франции, Бельгии, 
Италии) 
против одного голоса бриташ ского делегата констатировала, что Германия не 
выполняет репарацией^ ных обязательств по Версальскому договору. 11 января 
французские бельгийские войска перешли германскую границу и вступили в Эссеь 
Гельзенкирхен и Буе.

Как председатель репарационной комиссии Луи Барту оказался в центре острой 
дипломатической борьбы. На французские финансы легло тя-1

ЖАН ЛУИ БАРТУ

461

желое бремя оккупационных расходов. Сопротивление французской оккупации со 
стороны Германии нарастало. В поисках компромисса Барту согласился на 
учреждение 
"комитета экспертов", на чем настаивали Англия и США. 9 апреля чикагский банкир 

Чарлз Дауэс в письме на имя Барту изложил свое видение решения проблемы. 
Пуанкаре хотел отклонить американский план, исключительно выгодный для Германии,
 
методом внесения поправок. Однако Барту занял, как он сам писал, более 
"политическую" позицию, склоняясь к принятию предложенного плана, получившего 
поддержку англичан.
Барту подчеркивал, что в сложившейся политической ситуации одной из важных 
задач 
французской дипломатии является опровержение "распространенной клеветы", что 
Франция, оккупируя Рур, якобы стремится к "аннексии" германских территорий.