И в старших классах Брюлло занимался успешно. В 1819 году он получил 
серебряную медаль «первого достоинства» за рисунок с натуры и две серебряные 
медали «первого и второго достоинства» за архитектурные композиции.
      31 декабря 1820 года Александр завершил курс обучения. Ему был присужден 
аттестат первой степени и звание художника четырнадцатого класса. Несколько 
позже с Большой золотой медалью оканчивает академию его брат Карл.
      Художественное воспитание учеников академии, пронизанное идеями 
классицизма, дополнялось воздействием петербургской архитектуры, непередаваемое 
очарование которой остро воспринималось Александром. Знакомясь впоследствии с 
городами Западной Европы, он писал родителям: «Везде, проезжая Германию, 
обманывались мы в своей надежде, везде находили менее, ибо мы видели Петербург».

      15 января 1821 года молодой архитектор поступил на службу в «Комиссию по 
построению Исаакиевского собора», где проработал до августа 1822 года. Вскоре 
жизнь Александра резко изменилась: слава о блестящих способностях братьев 
Брюлло и успехах, достигнутых ими в процессе учения, распространилась за 
пределами Академии художеств и привлекла к ним внимание Общества поощрения 
художников. Оно добилось разрешения у царя послать братьев своими пенсионерами 
за границу для усовершенствования в искусстве. В связи с поездкой за границу к 
их фамилии была прибавлена буква «в», и в историю искусства братья вошли как 
Александр и Карл Брюлловы.
      В середине сентября путешественники приехали в Берлин, где пробыли около 
месяца. В этом городе Александру более всего понравились здания театра и Новой 
гауптвахты Ф. Шинкеля.
      В Рим Брюлловы приехали в мае 1823 года, проведя в пути девять месяцев. 
Все первые дни братья бродят по городу, осматривая его площади и архитектурные 
достопримечательности. Здесь раскрылся талант Александра Брюллова и как мастера 
камерного акварельного портрета. Современники ценили эти работы наравне, а 
порой и выше акварельных портретов его старшего современника П.Ф. Соколова и 
знаменитого его брата Карла.
      В 1826 году Брюллов побывал в Лондоне и Швейцарии. Потом до возвращения в 
Россию жил в Париже. В 1828 году его посетил отец, ездивший в Люнебург 
навестить своих родственников. К этому времени кончился срок пенсиона от 
Общества поощрения художников: «…два года живу собственными деньгами», – писал 
Александр Карлу в 1829 году.
      Повидимому, основным источником заработка были портреты. К этому времени 
относится изображение знаменитого английского романиста Вальтера Скотта.
      Брюллов возвратился в Россию уже признанным мастером. Издание альбома с 
обмерами помпейских терм принесло автору большой успех в архитектурном мире: 
Французский институт присвоил ему звание членакорреспондента, а Миланская 
Академия художеств и Лондонский королевский институт – звание действительного 
члена.
      В 1830 году Брюллов снова приехал в Петербург. На соискание звания 
академика он представил проект Дома Инвалидов – убежища для увечных воинов – на 
побережье Черного моря. Согласно требованиям Совета Академии художеств к 
работам на получение ученого звания проект Дома Инвалидов выполнен Брюлловым «в 
изящном классическом стиле».
      Центром композиции является церковь, высоко поднятая на террасу, к 
которой ведет широкая парадная лестница. Церковь подобна античному храму 
дорического ордера. Весь комплекс задуман как целостный архитектурный ансамбль, 
композиционно связанный с берегом моря террасами, лестницами и пандусами. Его 
праздничный облик соответствует южному ландшафту Крыма.
      Проект Дома Инвалидов и выполненный Брюлловым портрет П.П. Лопухина – 
последнего из старинного рода Лопухиных – экспонировались на академической 
выставке 1830 года. За эти работы Брюллову присваивают звание академика, а в 
феврале 1831 года по решению Совета Академии его назначают исполняющим 
должность профессора второй степени. К его мастерской прикрепляют десять 
учеников. В сентябре 1832 года за исполненный по программе Академии проект 
Кафедрального собора Совет утверждает Брюллова в звании профессора второй 
степени. Как и другие молодые академики, Брюллов получает казенную квартиру в 
дворовом флигеле академии.
      С 1820х годов увлечение готикой знаменует возникновение новых 
романтических тенденций, противопоставлявших себя классицизму. Оно приобретает 
более планомерный, широкий размах, причем все более четко начинает пониматься 
различие между западной готикой и древнерусским зодчеством.
      Александр Брюллов не остался в стороне от стилистических поисков. 
Стремление освободиться от «законов принятых правил» Брюллов осуществляет в 
своей первой постройке – здании церкви в Парголове, выполненной по заказу 
графини Полье. Несмотря на свои готические формы – шпиль, стрельчатые арки, 
витражи и контрфорсы, Парголовская церковь близка архитектуре русского 
классицизма, с которой ее роднит ясность и простота композиции, выразительность 
глади стен и сдержанность в применении скульптурного декора.
      Другую свою раннюю постройку Брюллов осуществляет по заказу графини Юлии 
Павловны Самойловой – друга и почитателя таланта его брата. Дом Самойловой – 
относительно небольшое двухэтажное строение, замечательное своей продуманной 
планировкой, удобным размещением всех помещений и уютным, комфортабельным 
решением интерьеров.
      В 1835 году архитектор построил на мызе Графская Славянка деревянный 
театр. Обращение к средневековому русскому зодчеству и, в частности, к народным 
деревянным сооружениям стало одним из направлений архитектурных стилистических