на аэродроме, - то с приобретением новых помощников работа стала планомерной и 
постоянной.
-  Что мы должны узнать для вас? - спросил Ян Тима.
-  Все, - ответила Аня. - Все об аэродроме, все об авиабазе, все о 
противовоздушной и наземной обороне.
Вскоре Ане передали карту с нанесенными на нее штабами, казармами, складами, 
мастерскими, ложным аэродромом, зенитками, прожекторами, точным обозначением 
мест стоянок самолетов с указанием их количества на каждой стоянке.
Карту переслали в разведотдел штаба Западного фронта. В результате совершенного 

после этого налета сгорело двадцать два самолета, двадцать были повреждены, три 

были сбиты при попытке подняться в воздух. Сгорел склад бензина. Аэродром вышел 

из строя на целую неделю. И это в дни ожесточенных боев!
Об успешной бомбежке сообщалось в сводке Совинформбюро.
С того времени по ориентирам разведчиков бомбежки Сещинской авиабазы 
проводились 
систематически, несмотря на создание ложных аэродромов, усиление сети ПВО и т. 
д.
После гибели Кости Поварова, случайно подорвавшегося на мине, Аня возглавила 
Сещинское подполье.
В дни Сталинградской битвы по базе был нанесен мощный удар - сброшено две с 
половиной тысячи авиабомб, выведено из строя несколько десятков самолетов. К 
этому времени Аня имела своего человека в штабе капитана Арвайлера, коменданта 
Сещинского аэродрома. Этим человеком был Венделин Рогличка. Он имел возможность 

добывать такие сведения, как графики полетов, данные о запасных аэродромах и 
даже планы карательных экспедиций против партизан. Именно он сообщил Ане о 
выезде части летного состава Сещинской авиабазы на отдых в село Сергеевку. 
Партизаны, совершив ночной налет на "дом отдыха", уничтожили около двухсот 
летчиков и техников.
В начале лета 1943 года обе воюющие стороны готовились к решающим битвам на 
Курской дуге. Сориентированная разведчиками советская авиация нанесла ряд 
мощных 
ударов по Сещинскому аэродрому. Во время этих разрушительных бомбежек немцы 
могли прятаться в бункеры и бомбоубежища, Ане же и ее подругам, вызывав-
418
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
шим огонь на себя, укрытием служили убогие погреба деревянных домишек.
12 мая 1943 года немцы были изумлены, услышав, что русские летчики 
переговариваются между собою .. по-французски. Они были бы изумлены еще больше, 

если бы знали, что налет советских бомбардировщиков и прикрывавшей их 
французской эскадрильи "Нормандия - Неман" направлялся скромной 
двадцатидвухлетней прачкой.
Анина группа не только добывала разведданные. Подпольщики занимались саботажем 
(подсыпали сахар в бензин, песок в пулеметы, похищали парашюты и оружие) и 
диверсиями (к бомбам и бомболюкам самолетов прикрепляли мины замедленного 
действия, которые взрывались в воздухе, и самолеты гибли "по неустановленным 
причинам" через час - полтора после вылета).
3 июля 1943 года подпольщики заметили на аэродроме необычное оживление. Прибыло 

множество новой техники и летного состава. Удалось подслушать разговоры 
летчиков 
о том, что 5 июля начнется наступление на Курской дуге. Информация была 
своевременно передана в Центр и стала еще одним подтверждением уже имевшихся 
разведывательных данных, что помогло нанести по противнику упреждающий удар и 
сыграло немаловажную роль в исходе одной из крупнейших операций Второй мировой 
войны
Только в дни Курской битвы подпольщики из группы Ани Морозовой взорвали 
шестнадцать самолетов! Экипажи погибали, не успевая радировать о причине взрыва.
 
Начались технические и следственные разбирательства. Командующий Шестым 
воздушным флотом знаменитый ас барон фон Рихтгофен жаловался в Берлин, обвиняя 
авиационные заводы в саботаже.
Однако расследования ни к чему не привели - Сещинское подполье одно из немногих,
 
где не было ни одного предателя. Погиб лишь, попав в руки гестапо по 
собственной 
вине, Ян Маньковский и умер как герой, никого не выдав. Он отказался от 
возможности бежать, опасаясь, что это погубит Люсю Сенчилину, ставшую его женой 

и ожидавшую ребенка. Погибла, никого не выдав, и Мотя Ерохина.
Вскоре после этого на глазах у всех, едва успев взлететь, взорвались три 
самолета, на которые установил мины Ян Тима. Они должны были взорваться через 
час после вылета, но вылет задержался.
По Сещи прокатилась волна арестов. Ян Тима и Стефан Гаркевич были тоже 
арестованы, но бежали, и Аня переправила их в партизанский отряд. Удалось