значительное, все настоящее должно плыть или в стороне или против течения.
ЭЙЗЕНШТЕЙН
407
- Я совершенно нормален. А ненормален тот, кто не понимает моей живописи, тот, 
кто не любит Веласкеса, тот, кому не интересно, который час на моих растекшихся 

циферблатах - они ведь показывают точное время.
- Меня зовут Сальвадором - Спасителем - в знак того, что во времена грозной 
техники и царящей посредственности я призван спасти искусство от пустоты. 
Только 
в прошлом я вижу гениев...
- Анархия при монархии - вот наилучшее государственное устройство. Монарх 
должен 
быть гарантом анархии.
- Люди вообще мало что понимают. Особенно образованные - им недостает культуры.
-  Мода - это то, что способно выйти из моды.
- Я пишу картину потому, что не понимаю того, что пишу.
- Я бы не купил ни одну из своих картин.
- Особенность моей гениальности состоит в том, что она проистекает от ума. 
Именно от ума.
- Суть параноидального преломления в том, чтобы навязать жизни бред. Из этого, 
кстати, можно извлечь выгоду. В частности, таким образом я зарабатываю деньги. 
Не могу сказать, что я понимаю, в чем именно заключается этот способ, но 
применил я его впервые 30 лет назад, и до сих пор удивляюсь результатам.
- Если бы я не работал, что бы я делал здесь, на земле? Скучал бы, как устрица. 

Поэтому я терпеть не могу устриц.
- Я думаю, что современное искусство - это полный провал, но ведь другого 
искусства у нас нет и быть не может, а то, что есть - дитя времени, дитя краха.
ЭЙЗЕНШТЕЙН
(1898-1948)
Вторжение техники во все сферы человеческой жизни, торжество механизмов над 
организмами, явное проявление на планете техносферы - области глобальной 
технической деятельности человека. Таков XX век, о чем мы уже не раз говорили, 
обращая внимание на негативные последствия этого явления.
Однако создание технических систем - замечательное достижение человечества. Оно 

противоречиво, как все творимое людьми; может использоваться для добрых и 
благородных, но также для злых и низменных целей. Роковая проблема XX столетия 
- 
перешедшая в нынешнее - постоянное возрастание негативных последствий 
технизации 
как для окружающей природной среды, так и для внутреннего духовного мира 
личности.
408
100 ВЕЛИКИХ ГЕНИЕВ
Сто лет назад, когда лишь немногие предчувствовали грядущие мировые войны и 
революции, среди деятелей искусств преобладало уважительное, а то и 
восторженное 
отношение к технике.
Она необычайно раздвигала возможности человека. В изобразительном искусстве 
удалось преодолеть статичность с помощью сменяющихся на экране кинокадров 
(позже 
пришли звук и цвет, и это добавило выразительности, особенно - звуковое 
сопровождение). Сравнительно быстро кино стало массовым и начало выполнять 
функции экономические, социально-политические. И если на Западе величайшей 
кинозвездой заблистал Чарли Чаплин, то в СССР - Сергей Михайлович Эйзенштейн. 
Есть все основания выделить его из большой группы великих кинематографистов уже 

потому, что его "Броненосец "Потемкин"" через полвека после создания был назван 

ведущими кинокритиками мира в числе лучших 10 фильмов всех стран, получив 
наибольшее число голосов, даже несмотря на то, что среди "судей" большинство не 

были сторонниками советского искусства... Сергей Эйзенштейн родился в Риге в 
семье главного архитектора города. С детских лет полюбил театр, много р'исовал, 

сочинял пьески, устраивал домашние представления.
По настоянию своего отца в 1916 году, окончив Рижское реальное
училище, поступил в 1918-м в Петроградский институт гражданских офицеров. Под 
влиянием революционных идей на следующий год вступил в студенческий отряд 
народной милиции, а затем ушел добровольцем в Красную армию, участвовал в боях 
и 
агитационных мероприятиях.
После Гражданской войны учился в Академии генерального штаба и одновре-1 менно 
работал художником в молодежном театре "Пролеткульт" (Москва). Оставив Академию,
 
поступил в Высшие режиссерские мастерские. Он был убежден: необходимо обновить 
театр, устраивать "монтаж аттракционов", ошеломляющих зрителя. Воплощением 
такого идеала стало для него кино.