для власти со стороны ссьыьных. Он послал солдат арестовать Беньовского и 
остальных заговорщиков. Но получилось так, что \ приказ остался невыполненным - 

Беньовский арестовал солдат сам и при-; казал своим людям готовиться к 
выступлению. Впрочем, до Нилова эта весть | уже не дошла. Послав солдат, он 
успокоился и снова напился до невменяемости. А в ночь с 26 на 27 апреля 1771 
года в Большерецке вспыхнул бунт.

В три часа ночи бунтовщики ворвались в дом командира Камчатки, спро-^ сонья он 
схватил Беньовского за шейный платок и чуть было не придушил. < На помощь 
Морису 
поспешил Панов и смертельно ранил Нилова в голову. ,| Промышленники довершили 
убийство. После этого бунтовщики заняли Боль- , шерецкую канцелярию, и 
командиром Камчатки Беньовский объявил себя. ,

Большерецк был взят без боя, если не считать перестрелку с казаком Чер- , ных, 
укрывшимся в своем доме Ни один человек не пострадал В этом нет ; ничего 
удивительного, если представить острог не по мемуарам Беньовского, где 
Большерецк описывается как крепость, подобная европейским в период 
романтического средневековья, а жалким деревянным поселком

На рассвете 27 апреля бунтовщики прошлись по домам большерецких обывателей и 
собрали все оружие - его сдали без сопротивления Затем, окружив

здание канцелярии шестью пушками, заряженными ядрами, они отпраздновали свою 
победу.
28  апреля хоронили Нилова, который, по их словам, умер естественной смертью, 
вероятно, от злоупотреблений казенной водкой. Спорить с этим теперь уже 
официальным утверждением нового камчатского начальства никто не рисковал, хотя 
все знали, что было на самом деле, - слух об убийстве Нилова еще ночью облетел 
острог.
Сразу после похорон Мориц приказал священнику отворить в церкви царские врата и 

вынести из алтаря крест и Евангелие - каждый из бунтарей был обязан при всех 
сейчас присягнуть на верность царевичу Павлу Петровичу. Присягнули все, кроме 
одного, самого близкого Беньовскому человека - Хрущева
29 апреля на реке Большой построили одиннадцать больших паромов, погрузили на 
них пушки, оружие, боеприпасы, топоры, железо, столярный, слесарный, кузнечный 
инструменты, различную материю и холст, деньги из Большерецкой канцелярии в 
серебряных и медных монетах, пушнину, муку, вино и прочее - полное двухгодичное 

укомплектование галиота. В тот же день, в два часа пополудни, паромы отвалили 
от 
берега и пошли вниз по течению в Чекавинскую гавань, чтобы подготовить к 
плаванию галиот "Святой Петр".
7 мая галиот был готов к отплытию Но еще четыре дня не трогались в путь - 
Ипполит Степанов от имени всех заговорщиков писал "Объявление", в котором 
открыто говорилось о том зле, которое принесла России императрица Екатерина, ее 

двор и ее фавориты Это было политическое обвинение царицы от имени дворянства и 

простого народа, и оно было пострашнее присяги царевичу Павлу.
11 мая "Объявление" было оглашено для всех и подписано грамотными за себя и 
своих товарищей. Под этим документом нет только подписи Хрущева. Но это была не 

последняя его привилегия на камчатском берегу: утверждая, что галиот 
отправляется искать для жителей Камчатки свободные земли для счастливой жизни, 
Беньовский позволяет своему другу - якобы за долги - взять с собой на галиот 
мужа и жену Паранчиных, камчадалов, бывших "ясаш-ных плательщиков", а теперь 
холопов "Объявление" отправили Екатерине.
8 вину ей ставили смерть мужа Петра, отлучение от престола законного наследника 

Павла, разорительную войну в Польше, царскую монополию торговли вином и солью, 
то, что для воспитания незаконнорожденных детей вельмож даруются деревни, тогда 

как законные дети остаются без призрения; что народные депутаты, собранные со 
всей страны для изменения Уложения о законах Российской империи, были лишены 
царским наказом права предлагать свои проекты ..
В тот же день утром галиот "Святой Петр" вышел в море и взял курс на Курильские 

острова На его борту было ровно семьдесят человек. Из них пятерых вывезли 
насильно - семью Паранчиных и троих заложников. Измайлова, Зябликова, Судейкина
И вот, когда беглецы подошли к шестнадцатому Курильскому острову Си-муширу и 
остановились здесь для выпечки хлебов, четверо из этой пятерки образовали 
заговор против Беньовского Заговорщики, пользуясь тем, что весь экипаж галиота 
находился на острове и судно фактически никто не охранял, решили тайно подойти 
к 
галиоту с моря на ялботе, забраться на судно, обрубить якорные канаты и 
вернуться в Большерецк за казаками Яков Рудаков, на общую беду, решил вовлечь в