на своем опыте знала, какое влияние может оказывать женщина на государственные 
дела
228

100 ВЕЛИКИХ АВАНТЮРИСТОВ

"Цель вашей миссии, - сказала маркиза, - проникнуть во дворец, встретиться с 
императрицей с глазу на глаз, передать ей письмо короля, завоевать ее доверие и 

стать посредником тайной переписки, благодаря которой его величество надеется 
восстановить добрые отношения между двумя нациями".

Далее последовали необходимые пояснения: кавалер будет путешествовать под 
именем 
Лиа де Бомон; по дороге он встретит кавалера Дугласа-Макензи, он шотландец, 
изгнан, служит Франции.

Кавалер д'Эон за счет принца Конти был обеспечен всеми принадлежностями 
роскошного дамского туалета. Такая щедрость принца объяснялась просто: 
отправляя 
д'Эона в Петербург, он дал кавалеру особые поручения. "Вы знаете, что мой дед 
после смерти де Собецки избран был королем Польши. Но увы! Узурпатор Август II, 

избранник Саксонии, захватил трон, прежде чем избранный монарх успел приехать 
из 
Франции. Это стало большим несчастьем для моей семьи и для его величества, 
который уже принял решение заключить тайный союз с Польшей. Король позволил мне 

поручить вам и вторую миссию... Речь идет вот о чем: вы скажете Елизавете, что 
я 
влюблен в нее, постараетесь внушить ей мысль заключить со мной брачный союз. 
Если она откажется, вы приложите все усилия для назначения меня командующим 
русской армией - это сблизит меня с Польшей..."

...Ясным июньским утром 1755 года кавалер д'Эон, одетый в дорожное платье, сел 
в 
почтовую карету.                                       ,

Д'Эон беспрепятственно пересек Европу и в конце июня прибыл в Санкт-Петербург, 
где его уже поджидал Дуглас. К несчастью, через несколько дней шотландца 
выследили агенты Бестужева и выслали из России. Однако перед отъездом он успел-
таки представить м-ль Лиа де Бомон графу Михаилу Воронцову, вице-канцлеру и 
франкофилу. Именно этот высокопоставленный вельможа, хорошо известный в Версале,
 
должен был представить кавалера ко двору.

По-видимому, до дипломатических кругов доходили туманные слухи о миссии Дугласа 

и д'Эона, потому что, несмотря на всю секретность операции, в Париже разнеслась 

молва о поездке д'Эона в Россию под видом девицы. Австрийский посланник в 
Петербурге пытался проведать о цели приезда Дугласа и своими хитрыми 
расспросами 
поставить в тупик поверенного Людовика XV, который на вопрос посла, что он 
намерен делать в России, отвечал, что приехал по совету врачей, предписавших 
ему 
холодный климат...

Когда Воронцов представлял Лиа де Бомон, в корсете у нее было зашито письмо 
короля, а в руках она держала сочинение Монтескье с золотым обрезом и в кожаном 

переплете. Эта книга предназначалась для самой императрицы.

Переплет книги состоял из двух картонных листов, между которыми находились 
секретные бумаги, картон был обтянут телячьей кожей, края которой, перегнутые 
на 
другую сторону, были подклеены бумагой с мраморным узором. В книге Монтескье 
д'Эон должен был передать императрице Елизавете Петровне секретные письма 
Людовика XV с тайным шифром, с помощью которого она и ее вице-канцлер граф 
Воронцов могли вести секретную переписку с королем. Затем д'Эон получил новые 
шифры, один для переписки с королем, Терсье и графом Брольи, а другой для 
переписки с императрицей Елизаветой и графом Воронцовым, причем его строго 
предупредили, чтобы он хранил вверенные ему тайны как от версальских министров, 

так и от маршала де л'Опиталя, который в 1757 году был назначен французским 
посланником при русском дворе. Кроме того, д'Эону поручили пересылать королю 
все 
депеши французского министерства иностранных дел, получаемые в Петербурге, с 
ответом на них посланника и с личными комментариями кавалера.