и – это просто отрицать его, то 
не остается никакой почвы для серьезной этики. Нет необходимости в том, чтобы 
серьезно заботиться о преодолении ненависти, об изменении своей природы. Однако 
мы должны помнить, что авидья, хотя она и является по преимуществу логическим 
понятием, в метафизике Шанкары используется для обозначения всего состояния 
жизни. 

"Авидья – это тщеславное представление, что телесная природа и есть я, отсюда 
возникает культ тела, который на самом деле означает страсть, презрение и 
ненависть к нему; мысли о несправедливости по отношении к нему возбуждают страх 
и т.п."718.

Ложное знание образует основу всех эгоистических стремлений и действий719. 
Авидья это ограниченность ограниченного индивида, побуждающая его вести жизнь, 
полную стремлений и борьбы, что логически следует из того, что индивид не знает 
о своем единстве с Брахманом. Недостатки характера представляют собой не просто 
глупости и заблуждения, а искажения воли и нарушения требований бога. Часто 
Шанкара использует составное слово авидьякамакарма720, где авидья означает 
ошибочное суждение, заключающееся в том, что различие индивидов рассматривается 
как реальное721, кама – эмоциональную реакцию на воздействие объекта, а карма – 
практическое действие, имеющее целью достичь или избежать объекта. В этом и 
заключается вся позиция индивидуалистического действия, которая основывается на 
смешении реального и нереального; что приводит к сансаре722. Кама порождена 
авидьей, а карма представляет собой результат камы. 

Состояние свободы мыслится как уничтожение заблуждения, восстановление истинных 
желаний и подавление всех эгоистических стремлений723. Дисциплина моральной 
жизни включает в себя подавление эгоистической деятельности, развитие истинных 
желаний и преодоление эмпирического индивидуализма. Пока такое преодоление не 
произошло, мы несовершенны по свой природе. Мы можем подавлять нашу каму, мы 
можем действовать для блага всего мира, но при этом нет гарантии, что мы не 
будем побеждены ложными желаниями или эгоистической деятельностью в другой 
момент нашей жизни; но пока мы не искоренили страстей и мелкого эгоизма, пока 
авидья еще не уничтожена, мы не можем быть уверены, что займем объективную 
позицию истинного просвещения. Моральный человек не заинтересован в счастье. 
Святой же не заинтересован в нем потому, что он просвещен724. 

Шанкара отличает парокшаджняну, или логическое знание, которое мы извлекаем из 
книг и получаем от учителей и смысл которого состоит в том, что высшее я и 
индивид тождественны, от апарокшаджняны, или анубхавы, которая представляет 
собой опыт провидца, отказавшегося от чувства разобщенности и познавшего свое 
единство с всевышним725. Шанкара сообщает нам, что первое не в состоянии 
освободить нас от рабства. Комментируя "Брихадараньяка-упанишаду"726, Шанкара 
говорит, что необходимо шаг за шагом подыматься от состояния простого обучения 
(пандитьям) до простоты, которая свойственна детям (бальяб)727, от этого 
последнего – до состояния молчаливого муни и, наконец, – до состояния 
подлинного брахмана, душа которого отказывается от всякого обладания, от 
удовольствий и т.п., которые не свойственны ему и которые ведут к подчинению и 
зависимости. Адвайта есть одновременно и философия и религия. Просвещенность 
выражается в переживании непосредственно и определенно. Она не преследует цели 
достижения отдаленного идеала. 

В том же самом смысле нужно понимать и утверждение, что читташудхи, или 
очищение сердца, является необходимой предпосылкой духовного понимания. Это 
влечет за собой все возрастающее господство качества саттвы и подавление 
раджаса и тамаса. Оно осуществляется бескорыстной деятельностью и практикой 
упражнений духа. Оно не вытесняет мораль, а дополняет ее. 

"Когда для кого-нибудь понятие личного ego, выраженное через я (ахам), и 
понятие личного владения, выраженное через "мое" (мама), перестает быть 
реальным, тогда он познает Атмана"728. 

Пока эгоистическое желание (кама) не подавлено, авидья не может быть искоренена.
 Джняна имеет более широкий смысл, чем его английский эквивалент "knowledge". 
Это – истинная мудрость, жизнь в ее высшем напряжении729. Она заключается не в 
принятии готовой догмы, а в живом опыте, и интеллектуальная способность 
восприятия служит только ее внешним символом. Шанкара не особенно восхищается 
абстрактным разумом. Высшим разумом, по его мысли, будет тот разум, который 
понимает, что один только интеллект недостаточен. Верно, что цель разума 
состоит в уничтожении авидьи, но мы не можем разделаться с авидьей путем 
простого отрицания ее реальности. Мы не можем сказать, что мы познали Брахмана, 
на том только единственном основании, что мы имеем спекулятивное понятие о его 
существе. Брахмаджняна – это постижение нашим духом нашей укорененности в 
вечном, которая сохраняется как непреходящая часть нашего истинного существа. 

Как на слабое место в системе Шанкары указывают на то, что он не считает 
моральные ценности в конечном счете реальными. Моральные различия сохраняют 
свое значение лишь до тех пор, пока наше ego резко отделено от всего, лежащего 
вне нашего тела в пространстве и за пределами нашего опыта во времени. Мир 
морали, который предполагает изоляцию и независимость своих членов, относится к 
миру явлений. Обязанности, возложенные на нас, и требования, которые должны 
выполняться, представляют собой личное дело индивидуумов. Приказ и требование 
основываются на предполагаемой независимости конечных индивидуумов. Пока мы 
придерживаемся точки зрения индивидуалистического морализма, мы остаемся в мире 
сансары с ее