есно посмотреть его 
записи.
 Я не счел нужным сказать Иоргенсену, что никаких записей не было. Этот факт и 
так скоро обнаружится.
 Успех «Скайрокета» наконец произвел заметное впечатление на инженеров. Им уже 
хотелось поскорее вникнуть в суть дела; теперь они были настроены 
оптимистически, и мои жалобы на странное поведение машины не беспокоили их. Они 
относили этот небольшой недостаток «Скайрокета» за счет влияния большого числа 
М. Но эти симптомы нельзя было сравнить с симптомами любых других самолетов, 
потому что «Скайрокет» был единственным в своем роде. Исследователь всегда 
сталкивается с новыми явлениями. До тех пор пока самолет был управляем и давал 
данные испытаний, инженеры-испытатели должны были быть довольны…
 На обратном пути к ангару никто не дремал. Шел оживленный разговор, 
перемежавшийся анекдотами и шутками, которые встречались одобрительным смехом. 
Программа испытаний самолета «Скайрокет» продвинулась вперед, но надо было 
совершить ряд других ответственных полетов. Инженеры, планировавшие программу 
испытаний, имели в своем распоряжении машину, обладавшую в потенции 
исключительными данными. Они были уверены в том, что «Скайрокет» сможет побить 
рекорд скоростного самолета Х-1 на М = 0,5. По новому договору нужно было 
провести еще два успешных отцепления с запуском двигателя в воздухе. Для 
проверки возможностей этого самолета предоставлялось не слишком много времени.
 Автомашина остановилась у ангара, и мои спутники ждали меня в тени, пока я в 
ангаре снимал высотный костюм.
 Янсен стоял у своего шкафа, снимая снаряжение. Я застал его врасплох. Хотелось 
знать, что же он скажет. Янсен, очевидно, страдал, но и не думал извиняться. 
Вместо этого он заявил:
 — Что ж, если бы я тебя не сбросил к черту, мы никогда не избавились бы от 
тебя…
 Джордж, черт его возьми, был верен себе и всегда переходил в наступление, 
несмотря ни на что.
 — Братец! — уколол я его. — Я думаю, все обойдется для тебя без неприятностей, 
но ты в данном случае говоришь не то. Откуда ты узнал эту фразу? Ты что, 
читаешь мои письма, что-ли?
 — Ах, вот что! — Немного оживился Джордж. — Я случайно встретился с твоим 
старым другом, моряком, с которым пропустил пару рюмок «Мартини»… Его зовут Хэл 
Беллью.
 — Боже мой!
 — Да, как это тебе нравится? Я встретился с ним в прошлый выходной в баре 
Джонни Уилсона на окраине города. Мы выпили пару рюмок, и в конце концов, после 
болтовни о том и о сем, я узнал, что он закадычный друг Бриджмэна. — 
Успокоившись, Янсен перешел в летную комнату. — Он дал мне номер своего 
телефона, чтобы ты позвонил ему, когда будешь в городе. Номер где-то здесь, в 
моем письменном столе.
 Как хорошо будет снова встретиться с Хэлом. Мы вместе отпраздновали бы первый 
успешный шаг на моем пути. Было что праздновать: в конце концов я встретился во 
время испытания с серьезной неожиданностью, и мне больше не нужно было теперь 
гадать, на что это будет похоже. Я живо представлял себе полет. Я мог с 
закрытыми глазами представить себя опять в кабине «Скайрокета» в момент, когда 
я пытался ритмично дышать кислородом. И снова я чувствовал подкрадывающуюся 
опасность, когда начиналось странное плавное покачивание самолета. От этой 
машины можно было получить еще многое. Это было только начало. Я с нетерпением 
ждал дня отдыха и встречи со своим закадычным другом Хэлом Беллью. А пока что 
там, на жаре, меня ждали инженеры со своими многочисленными вопросами.




 Глава XX


 «Скайрокет» был бесцеремонно возвращен на свое место. В конечном счете он 
сделал свое дело. Когда поздним утром его медленно буксировали по 
взлетно-посадочной полосе военно-воздушных сил, представители НАКА, 
находившиеся в соседнем ангаре, поняли, что наконец ему удалось совершить полет.
 Это, несомненно, заставит НАКА дипломатично пересмотреть свои планы в тот 
самый момент, когда казалось, что ВМС сдадутся и позволят комитету принять 
самолет от фирмы Дуглас.
 Сначала в НАКА были уверены, что скоро получат «Скайрокет». Теперь 
представители комитета не будут такими оптимистичными.
 Прошло две недели, прежде чем Мак-Немар и его бригада придали «Скайрокету» 
прежний вид — заново покрасили его обшивку. В полете на больших числах М 
окраска местами стерлась, поэтому потребовалось нанести пятнадцать слоев лака, 
чтобы сделать поверхность самолета снова достаточно гладкой и тем самым 
прибавить к его максимальной скорости дополнительно одну сотую числа М.
 Так как по контракту оставалось еще только два полета, чтобы выяснить 
потенциальные возможности самолета, основной задачей в этих полетах было 
получение одной характеристики — максимальной скорости. В следующий раз я 
должен был перевести машину в горизонтальный полет на высоте 12 000 метров, то 
есть на 1500 метров выше, чем в первый раз. Увеличение высоты дало бы нам 
возможность добиться больших чисел М, чего так жаждали инженеры. Я одобрил их 
план; с точки зрения теории он был довольно умеренным.


* * *

 И все же я колебался. Но «Скайрокет» ждал меня. Белая машина стояла в 
полумраке ангара, темные фигуры механиков суетились вокру