следующей весне. Несмотря на такую нагрузку, дивизия и все ее полки хорошо 
выполняли свою, так сказать, двуединую задачу. Это отметил командующий ОКДВА В. 
К. Блюхер, приехавший к нам в 1934 г. Ознакомившись с двухлетними итогами работ 
и проведя совместные учения дивизии и 11-го мехкорпуса, он дал высокую оценку 
боевой подготовке дивизии и ее хозяйственным успехам. 

Прослужив здесь более двух лет начальником штаба полка, а потом около года - 
командиром полка, я был направлен в Приморье под Никольск-Уссурийск во вновь 
формируемую 23-ю танковую бригаду. 

Так пришлось попрощаться с кавалерией. Она привлекала меня, как, впрочем, и 
всех, кто в ней служил, своим ярким своеобразием, удалью и лихостью, 
стремительностью конницы в бою. Наконец, с детства я любил лошадей. Это чувство 
стало особенно сильным за многие годы службы в кавалерии, где конь был не раз 
выручавшим боевым товарищем. 

Расскажу об одном эпизоде, показывающем силу этой привязанности к коню. 

Еще в 1931 г. 3-й кавкорпус, в котором я тогда служил, занял первое место в 
Красной Армии по огневой подготовке. Командир корпуса С. К. Тимошенко был 
премирован легковой машиной, а командиры дивизий, полков и начальники штабов 
верховыми лошадьми молодого привода "на выбор". Мне повезло, и я оказался 
обладателем великолепной лошади Тракенки, однако вскоре чуть было не лишился ее.
 

Любой кавалерист поймет, что значила для меня, прослужившего к тому времени в 
кавалерии уже 11 лет, хорошая лошадь. Тем более что у нас в дивизии я считался 
опытным наездником. А это было нешуточным признанием, ибо дивизия славилась 
лихими кавалеристами и нас не раз приглашали показать перед жителями городов, 
где мы стояли, свое искусство: фигурную езду, скачки с препятствиями, рубки и т.
 п. 

И вот однажды прибыл к нам для проверки полка командир корпуса С. К. Тимошенко. 
Он служил в кавалерии еще в царской армии, а потом прошел в коннице всю 
гражданскую войну и последующий период. После проверки полка, в котором я тогда 
исполнял должность командира, он сказал мне: 

- Слышал я, что у тебя хорошая лошадь, одна из лучших в корпусе. Покажи. 

Стараясь скрыть охватившее меня волнение, я приказал коноводу-ординарцу 
оседлать и подвести коня. Тимошенко пожелал, чтобы я проехал сначала шагом, 
потом учебной и строевой рысью. Далее он приказал продемонстрировать манежную 
езду, перемену направлений, галоп, испанский шаг, боковые принимания и многие 
другие приемы выездки молодой лошади. Когда я все это проделал, он похвалил. 
Меня же все время мучила мысль: отберет. Видимо, об этих переживаниях можно 
было догадаться по моему лицу. И командир корпуса понимающе усмехнулся: 

- Лошадь прекрасная, отлично выезжена, - сказал он. - Отбирать же ее у тебя не 
буду. В коннице это не принято. Да и жидковата она для меня. 

Но, думаю, она запала ему в душу надолго. Уже в 1942 г., когда Семен 
Константинович был командующим Юго-Западным фронтом, а я - командующим 38-й 
армией, он напомнил мне о той лошади... Кстати, должен отметить, что 3-й 
кавалерийский корпус представлял собой хороший боевой организм и имел 
замечательные командные кадры. И не случайно из него вышли впоследствии видные 
военные деятели: С. К. Тимошенко, Г. К. Жуков, К. К. Рокоссовский и др. 

Итак, настало время проститься с конницей. То были годы, когда крепли, 
развивались наши танковые и механизированные войска. И именно кавалеристы 
становились ядром их командного состава, так как и прежде танки нередко 
действовали совместно с конницей. 

Имел и я с ними дело в 6-й Чонгарской и в 1-й особой кавалерийской дивизиях. И 
хотя эта техника во многом была для меня новой, все же я довольно быстро 
освоился с ней и сам научился водить танки БТ-7 и Т-26 и вести из них 
прицельный огонь. Бригада была спаянным, быстро и хорошо сколоченным 
коллективом. Но служить в ней мне пришлось недолго. 

Осенью 1936 г. я получил назначение в 45-й механизированный корпус Киевского 
военного округа, а оттуда в 1938 г. был направлен в Ленинград, в Военную 
академию им. Дзержинского. Там я закончил факультет высшего командного 
состава{354}. Вместе со мной учились тогда С. С. Волкенштейн, П. М. Корольков, 
С. П. Сидоров, Н. В. Гавриленко. Начальником курса был М. Н. Чистяков, 
преподавателями - Л. А. Говоров, И. А. Бекасов и др. Все они впоследствии стали 
крупными военачальниками, генералами, а Л. А. Говоров - Маршалом Советского 
Союза, М. Н. Чистяков - маршалом артиллерии. 

После я служил начальником артиллерии 51-й Перекопской дивизии (Одесский 
военный округ), потом 35-го стрелкового корпуса (г. Кишинев) и, наконец, вновь 
сформированного 2-го механизированного корпуса (г. Тирасполь).