Это была очень важная работа, нужная каждому воину и армии в целом. Она 
способствовала еще большему морально-политическому подъему в войсках, 
явственнее дала почувствовать всем нам заботу и внимание Родины к фронтовикам. 

Что касается политуправления, возглавляемого генералом М. М. Прониным, то его 
деятельность в этот период была чрезвычайно плодотворной. Под его руководством 
в частях и подразделениях проводились интересные встречи бывалых воинов с 
молодыми, сборы кавалеров орденов, митинги, партийные и комсомольские собрания. 


Войска армии, охваченные высолим наступательным порывом, к середине января были 
готовы к нанесению сокрушительного удара на своем участке. Изготовились к 
наступлению и другие армии 4-го Украинского фронта - 1-я гвардейская 
генерал-полковника А. А. Гречко и 18-я генерал-лейтенанта А. И. Гастиловича. 

Был канун новых крупнейших операций Красной Армии по окончательному разгрому 
врага. Главный удар должны были нанести в Восточной Пруссии и на 
варшавско-берлинском направлении войска трех Белорусских и 1-го Украинского 
фронтов. 

Несколько слов о предстоявших действиях 1-го Украинского фронта, с которым 38-й 
армии предстояло взаимодействовать на краковском направлении. 

1-й Украинский фронт, согласно директиве Ставки Верховного Главнокомандования, 
должен был нанести удар главными силами с сандомирского плацдарма в западном и 
северо-западном направлениях и во взаимодействии с 1-м Белорусским фронтом 
разгромить кельце-радомскую группировку противника. Его 60-й и 59-й армиям было 
приказано обеспечивать действия главной группировки с юга наступлением на 
Краков. Им предстояло наступать с сандомирского плацдарма вдоль северного 
берега Вислы. 60-й армии была также поставлена задача прикрыть силами четырех 
стрелковых дивизий 80-километровый участок к югу от этой реки вплоть до Ясло. 

Здесь на стыке 1-го и 4-го Украинских фронтов начиналась полоса нашей 38-й 
армии. Учитывая, что и нам нужно было наступать в направлении Кракова, нетрудно 
понять, насколько важным для взаимодействия являлось строгое согласование 
сроков нанесения ударов. 

1-й Украинский фронт перешел в наступление 12 января. Мощным ударом он прорвал 
оборону противника, разгромил вражеские войска и два дня спустя начал их 
преследование. Одновременно с ним для отвлечения внимания и сил противника от 
участка 38-й армии, где 4-й Украинский фронт наносил главный удар, перешла в 
наступление 18-я армия на кошицком направлении. В тот же день готова была 
начать прорыв и 38-я армия. Однако командующий фронтом счел нужным перенести 
наш удар на три дня позднее, что в дальнейшем, как мы увидим, неблагоприятно 
отразилось на взаимодействии с правым соседом. 

Помню, когда в те дни мне позвонил начальник штаба 1-го Украинского фронта 
генерал В. Д. Соколовский и поинтересовался сроком перехода армии в наступление,
 я ответил, что готов начать его одновременно с их армиями. Лучшим же временем 
для перехода 38-й армии в наступление, на мой взгляд, было утро следующего дня 
после атаки правого соседа. Суточного срока было вполне достаточно, чтобы 
приковать внимание врага к району севернее Вислы и, быть может, даже заставить 
его перебросить туда часть сил с нашего участка. Более же длительный разрыв мог,
 на мой взгляд, привести к тому, что даже при весьма успешном продвижении 38-я 
армия не успеет достичь Кракова раньше или одновременно с войсками 1-го 
Украинского фронта. 

Эти соображения были мною доложены командующему фронтом. Не сомневаясь в том, 
что они будут одобрены, я приказал произвести в ночь на 13 января смену дивизий 
на переднем крае. 

Но начало наступления все же было перенесено на 15 января. 

  

Глава XVI. По дорогам Польши и Чехословакии 

I 

И вот, наконец, наступила ночь, предшествовавшая нашему удару. 

Еще не рассвело, когда мы закончили разведку боем, в которой участвовали по две 
стрелковые роты от каждой дивизии первого эшелона. Встретив сильное огневое 
сопротивление, они отошли в исходное положение. Так мы уточнили огневую систему 
противника и выявили, что он не отвел войска из первой траншеи. А это означало, 
что наше наступление являлось для него неожиданностью. 

К тому времени перед фронтом армии оборонялись части 545-й, 253-й и 320-й 
пехотных дивизий. Они опирались на хорошо организованную систему огня, 
прикрытую взрывными и проволочными заграждениями, усиленными различными