марионеточного словацкого правительства. Солдаты, посылаемые в горы для 
карательных операций, братались с партизанами. Многие просто переходили к ним, 
передавали им оружие и боеприпасы.

Высокая волна освободительного движения уже грозила смести марионеточное 
правительство Тисо. Испуганное этой угрозой, правительство пошло на 
предательский шаг: оно обратилось к Гитлеру с просьбой немедленно ввести войска 
в Словакию.

29 августа министр обороны правительства Тисо оповестил по радио страну о 
вступлении в Словакию немецких войск «для восстановления порядка». В тот же 
день Словацкий национальный совет обратился к населению по радио с призывом 
начать восстание, перейти к открытой вооруженной борьбе. Народ поддержал этот 
призыв. Так началось Словацкое национальное восстание. Уже к вечеру восстание 
охватило территорию Центральной и частично Восточной Словакии. Центром 
восстания стал город Банска-Бистрица, освобожденный словацкими партизанами в 
ночь на 30 августа.

1 сентября Словацкий национальный совет объявил, что берет в свои руки 
законодательную и исполнительную власть. Местные национальные комитеты, 
руководимые Коммунистической партией, стали всюду устранять органы старой 
власти и организовывать новую жизнь.

31 августа к Советскому правительству обратился посланник Чехословакии в СССР З.
 Фирлингер с просьбой оказать военную помощь словацкому народу. 2 сентября 
письмо, которое называлось «События в Чехословакии», в Наркомат иностранных дел 
СССР направил Клемент Готвальд.

Ставка наша, как известно, не планировала преодоления Карпат ударом с фронта. 
Читателям известна директива, отданная генералу Петрову, предписывающая ему 
создать прочную эшелонированную оборону в предгорьях Карпат на тот случай, если 
гитлеровцы попытаются с этого направления нанести фланговые удары по 
наступающим севернее и южнее Карпат советским частям. Не было никакой прямой 
необходимости преодолевать горные хребты и затрачивать на это многие жизни и 
средства.

Но, получив известие о Словацком восстании и в связи с просьбой его 
руководителей, наше командование решило немедленно начать наступательную 
операцию силами 1-го и 4-го Украинских фронтов и через Карпаты кратчайшим путем 
как можно быстрее прийти на помощь восставшим.

Вот поэтому так неожиданно, буквально через несколько дней после директивы об 
организации прочной эшелонированной обороны, генерал Петров получил директиву о 
подготовке и проведении наступательной операции через Карпаты.

В те дни, когда командование 1-го Украинского и 4-го Украинского фронтов, 
преодолевая огромные трудности, срочно организовывало наступление, 
Коммунистическая партия Чехословакии всячески старалась активизировать и 
расширить борьбу народа по ту сторону Карпатских гор. Командование же 
восточно-словацкого корпуса в это самое время не приняло никаких мер для 
приведения войск в боевую готовность.

Командир корпуса Малар, будучи сторонником лондонского эмигрантского 
правительства и действуя по его указке, убеждал своих подчиненных, что 
восстание преждевременно, что армия в нем не должна участвовать, и даже 
предложил сдать оружие немцам. С целью дезориентации личного состава корпуса он 
передал по радио в штабы соединений ложные сообщения, что действия фашистских 
войск, вступивших в Словакию, не будут направлены против словацких частей. 
Конечно, это сообщение разлагающе подействовало на работу и штаба корпуса, и 
штабов дивизий, которые фактически ничего не предпринимали для подготовки 
словацких войск к активным действиям против оккупантов.

В день начала восстания, 29 августа, заместитель командира корпуса полковник В. 
Тальский, на которого по плану восстания было возложено руководство действиями 
корпуса, объявил о своем намерении начать наступление. Но на следующее же утро 
Тальский собрал подчиненных офицеров и объявил, что взаимодействие с Красной 
Армией отсутствует и поэтому необходимо подождать с выступлением до 
согласования организационных вопросов с советским командованием. 30 августа 
корпус по-прежнему бездействовал, а 31 августа Тальский сел в самолет и, 
оставив войска, ничего не сообщив штабу корпуса, неожиданно улетел в 
расположение советских войск. 1 сентября Тальский был принят командующим 1-м 
Украинским фронтом маршалом И. С. Коневым. В беседе с маршалом Тальский заявил, 
что в случае наступления советских войск в западном направлении словацкие 1-я и 
2-я дивизии, которые расположены по линии границы, могли бы наступать в 
восточном направлении с целью соединения с Красной Армией.

Маршал Конев все это изложил в донесении Сталину, высказав и предложение: 
провести совместную операцию левым флангом 1-го Украинского фронта и правым 
флангом 4-го Украинского фронта и ударом в направлении Кросно – Дукля – Тылява 
выйти на словацкую территорию в районе Стропков – Медзилаборце. Конев также