наименования Таманских, Темрюкских, Анапских и Кубанских.

Тут мне хочется попросить читателей: когда вы будете смотреть по телевидению 
праздничную передачу 7 ноября, обратите внимание на то, что вот уже много лет 
после войны участвует в парадах на Красной площади гвардейская Краснознаменная 
ордена Суворова имени М. И. Калинина Таманская мотострелковая дивизия. Глядя на 
новое поколение солдат и офицеров, вспомните и славных бойцов, которые добыли 
этой дивизии наименования «гвардейская» и «Таманская». Гвардейской она стала в 
числе первых четырех советских дивизий в боях под Ельней 18 сентября 1941 года. 
Командовал тогда ею полковник А. З. Акименко. При получении наименования 
«Таманская» ею командовал с августа 1942 года до октября 1943 года 
генерал-майор Ф. В. Захаров. Вспомните и генерала Петрова, под чьим 
руководством она тогда воевала.

На этом завершилась битва за Кавказ. План «Эдельвейс» был перечеркнут полностью.
 Ликвидирован плацдарм, на который Гитлер до последних дней возлагал надежды, 
связанные с повторным походом на Баку.

Многие участники этих боев, рядовые и командиры, были награждены. Командующим 
18, 56, 9-й и 4-й воздушной армиями, К. Н. Леселидзе, А. А. Гречко, А. А. 
Гречкину, К. А. Вершинину и другим, были присвоены очередные звания.

Генерал-полковнику Ивану Ефимовичу Петрову присвоено высшее генеральское звание 
– генерал армии, он был награжден орденом Суворова 1-й степени. По статусу этим 
орденом награждаются военачальники, осуществившие в наступлении разгром 
превосходящих сил противника. Награждение генерала Петрова орденом Суворова 1-й 
степени было признанием его мастерства в наступательных операциях и навсегда 
снимало бытовавшее до этого неправильное мнение, что он оборонец.

Начальнику штаба фронта генерал-майору И. А. Ласкину присвоено звание 
генерал-лейтенанта и вручена награда – орден Кутузова 1-й степени. Были 
награждены и другие работники штаба, но я выделяю Ивана Андревича потому, что 
хочу привести ниже его горячие слова о Петрове, и пусть они послужат как бы 
итоговыми штрихами к портрету Ивана Ефимовича в период его боевой деятельности 
на Кавказе:

– Он имел светлый ум, умел мыслить по-государственному, глубоко анализировать 
обстановку, мгновенно схватывать существо оперативной ситуации, принимать 
продуманные и смелые решения, твердо руководить боевыми действиями многих сотен 
тысяч людей и не терялся перед лицом любого врага. Иван Ефимович избегал 
принимать крупные оперативные решения без предварительного заслушивания выводов 
из оценки обстановки и соображений штаба. Он считался с мнением крупных 
специалистов, высоко ценил их труд и видел в них своих надежных помощников. А 
мы, ближайшие его помощники, ясно сознавая роль единой командирской воли, 
стремились умом и организаторской работой помочь ему в руководстве борьбой. Но, 
надеясь на серьезную помощь штаба, Иван Ефимович всегда сознавал свою особую 
роль и особую ответственность за судьбу сотен тысяч людей, за выполнение 
поставленной Ставкой задачи и поэтому надеялся прежде всего на самого себя. 
«Тот, кто отдает приказ на бой, на сражение, первым несет ответственность, 
первым подставляет голову за сохранение людей и выполнение задачи», – не раз 
говорил Иван Ефимович. И поэтому всегда все решения принимал на основе 
собственных глубоких размышлений. Ясным и глубоким умом военного руководителя и 
кипучей энергией он приводил в движение весь механизм войск и, штабов и задавал 
ему тон. Хорошо известно, что если для солдата и офицера в бою нужны смекалка, 
смелость и дерзкие действия, то для такого крупного начальника прежде всего 
нужны глубокий творческий ум, высокомасштабная подготовка, мужество, сила воли 
и твердость в достижении намеченной цели. Поэтому он работал много, вдумчиво, 
творчески. Одаренный талантом художника, он любил и требовал от всех 
подчиненных иметь на картах ярко выраженную обстановку. И не раз говорил: когда 
на карте показана обстановка ясно, выразительно, то перед моими глазами прямо 
выпячиваются вражеские силы, которые подлежат разгрому; сразу видишь, откуда и 
куда лучше нанести наш удар, чтобы достичь успеха; а за каждым номером нашей 
части вижу его командира и наших славных солдат.

Иван Ефимович умел шутить добрыми шутками. Обладал тонкой наблюдательностью и 
поразительной памятью, особенно на людей, и давал точные портреты многим людям. 
Работая на фронте с этим человеком более года, я всегда видел в нем человека 
слова, дела, острого ума и чести. Пытливость у него была неиссякаемой! Хорошая 
была у него и внешность: красивое, выразительное лицо, проникновенный взгляд, 
энергичные жесты. Об одном я сожалел – у Ивана Ефимовича иногда не хватало 
времени засидеться на КП, чтобы вместе со штабом до конца вырешить или уточнить 
отдельные оперативные вопросы. Он почти ежедневно с утра до вечера находился в 
войсках, встречался с командирами разных инстанций и доходил до рядовых. Но 
винить его в этом нельзя, встреча с ними для него была внутренней потребностью.

Иван Ефимович высокопартийный человек, он был творцом высокого духа в своих 
войсках. Этот человек огромного трудолюбия мог сутками обходиться без отдыха, 
не требовал, даже избегал комфорта, мог спать и спал не раздеваясь на кожаном 
диване, накрывшись шинелью, и часто ел из общего солдатского котла. Наряду с 
этим Петрова отличала интеллигентность, высокая внутренняя культура,