выехал в Лондон. Находясь в Англии, разведчик установил контакт с физиком, 
которого звали Аллан Нанн Мэй. Об этом человеке в нашей стране практически 
ничего не известно. Поэтому хочется сказать о нем несколько слов. Мэй родился в 
мае 1911 года в среднебуржуазной семье в Бирмингеме, окончил „Школу короля 
Эдуарда“ и Кембриджский университет. Аллан Мэй был талантливым физиком. С 1933 
по 1936 гг. он был на научно-исследовательской работе в лаборатории Кавендиш в 
Кембридже. В 1936 году стал доктором физики. С 1936 по 1942 год он — профессор 
физики в Королевском колледже в Лондоне, который с началом второй мировой войны 
был эвакуирован в Бристоль. В апреле 1942 года профессор X. Холбан пригласил А. 
Мэя в свою лабораторию в Кавендиш для работы в группе ученых, занятых научными 
исследованиями урановой проблемы. „Джен“ быстро нашел общий язык с Алланом Мэем,
 убедил его в необходимости оказания помощи советским физикам в разработке 
атомной проблемы. Мэй был согласен с тем, что советские ученые должны опередить 
немецких физиков, которые тоже активно пытаются создать атомное оружие. „Джен“ 
встречался с Алланом Мэем несколько раз. Разведчик получил от британского 
физика документальную информацию обо всех направлениях научно-исследовательских 
работ по урановой проблеме в Кембридже. Позже Мэй передал *Дже-ну» данные по 
установкам для разделения изотопов урана, описание процесса получения плутония, 
чертежи «уранового котла» и описание принципов его работы. Всего Ян Черняк 
получил от Мэя около 130 листов документов, часть из которых попала в руки И. 
Курчатова в октябре 1942 года. Сотрудничество «Джена» с Алланом Мэем было 
непродолжительным. В январе 1943 года Мэй вместе с группой профессора Холбана, 
состоявшей из двенадцати человек, был переведен в Монреальскую лабораторию 
Национального научно-исследовательского Совета Канады. «Джен», прощаясь с 
«Алеком» (таким был псевдоним ученого в Разведупраштении Красной Армии), 
попросил его после возвращения из командировки написать подробный отчет о 
работе, обусловил с ним возможности восстановления контакта на территории 
Канады. На всякий случай. Дело в том, что в это время между СССР и Канадой еще 
не было дипломатических отношений, и Ян Черняк не знал, есть ли у военной 
разведки своя агентурная сеть в той стране. Ее не было. Но условия связи, 
которые были разработаны Черняком, пригодились военной разведке через два года, 
когда в Оттаве были созданы советское посольство и представительство военного 
атташе. Дороги Яна Черняка и Аллана Мэя больше никогда не пересекались. А если 
бы пересеклись, то Яна могла бы постигнуть горькая участь... А. Мэй прибыл в 
Монреаль в январе 1943 года. В августе этого же года в Канаду прибыл старший 
лейтенант Павел Ангелов, сотрудник аппарата военного атташе полковника Н. 
Заботима, который был руководителем созданной в Канаде резидентуры военной 
разведки. Он установил связь с Мэем, получил от него доклад о ходе работ по 
созданию атомной бомбы. Мэй вручил Ангелову доклад американского ученого Э. 
Ферми об устройстве и принципах действия уранового котла, его схему, а также 
образец урана-235, всего 162 миллиграмма на платиновой фольге в виде окиси. 
Образец урана доставил из Канады в Москву подполковник Петр Мотинов, 
заместитель «Гранта». В июне 1945 года «Алек» (оперативный псевдоним А. Мэя) 
подготовил и передал «Бакстеру» (Ангелову) свой доклад о ходе работ по созданию 
атомной бомбы. В нем, в частности, говорилось о том, что «англичане намерены 
самостоятельно приступить к работам по созданию своего собственного атомного 
проекта. Эти планы держатся в строжайшей тайне от правительства США». Мэй 
сообщил о секретном решении правительства Великобритании возвратиться к идее 
создания собственного атомного оружия. В Лондоне к середине 1945 года 
наконец-то поняли, что американцы прибрали к рукам все атомные секреты и ни с 
кем делиться этой информацией не собираются... Этот доклад А. Мэя, описания 
принципов действия атомной бомбы, установок для получения обогащенного урана, а 
также образец урана-235 были 11 июля 1945 года направлены, как свидетельствуют 
отчеты ГРУ, «лично маршалу Советского Союза тов. Берия». Почему ГРУ передает 
материалы «маршалу Берия?» И не только информацию, но, как сказано ранее, 
передавало и своих лучших работников и агентов. Это делалось по личному 
указанию Сталина. Он приказал всю работу разведки по «Проекту № 1» 
сосредоточить в руках Берии. 10 сентября 1945 года из канадской резидентуры 
военной разведки бежал шифровальщик лейтенант Гузенко. Он утащил с собой 
секретные материалы, которые передал канадской контрразведке. Естественно, все 
данные перебежчика попали и в американское Федеральное бюро расследований. Из 
этих документов американцам стало ясно, что их секретные работы по созданию 
атомной бомбы известны советскому руководству. Но кто такой «Алек» они не знали,
 и директор ФБР Э. Гувер приказал во что бы то ни стало установить настоящее 
имя этого «Алека». К сожалению, в тексте одной из радиограмм, переданной 
предателем американской контрразведке, говорилось о том, что «Алек» должен 
выехать в Великобританию. Это уже была значительная зацепка. В Лондон 
возвращались британские ученые. Постепенно усилия контрразведок США, 
Великобритании и Канады позволили им предположить, что «Алек» — это доктор 
физики Аллан Нанн. Канадская резидентура полковника Н. Заботина была 
разгромлена. Это вызывало гнев Сталина. Нависла угроза не только над жизнью 
разведчиков — мог прекратиться поток информации об атомной бомбе и замедлить 
работу наших ученых. А медлить нельзя! Гонка в создании бомбы — это вопрос 
жизни или смерти страны! Вот и приказал Сталин навести порядок в этом 
архиважном деле и сосредоточить все в руках Берии. Центр принимал срочные меры 
по локализации грандиозного провала. Учитывая то, что А. Мэй после возвращения 
в Лондон должен был встретиться с «Дженом», начальник ГРУ дал срочное указание 
Яну Черняку — в Лондон не выезжать... Директор ФБР Э. Гувер об этом не знал. Он 
очень хотел захватить русского атомного шпиона. Поэтому американская и 
английская контрразведки установили в Лондоне за А. Мэем круглосуточное