сосредоточения под Тулу, в нее были включены вышедшие из окружения 239-я 
стрелковая и 41-я кавалерийская дивизии. Таким образом, всего в ней 
насчитывалось одиннадцать дивизий, и одна подкрепляла южный фланг обороны 
Москвы в районе Рязани и Тулы. Почти весь личный состав был призван из запаса и 
был не очень хорошо обучен. Армию сформировали в течение трех недель, из них 
14—15 суток личный состав обучался по 12 часов ежедневно. Эта 10-я армия была 
нацелена против войск 2-й танковой армии Гудериана.

* * *

Фельдмаршал фон Бок понимал, что наступление захлебывается. Он был опытный 
вояка и почувствовал, что уже имеет дело не только с ранее оборонявшимися 
частями, что появились и какие-то новые силы. Он понял: нависает катастрофа. 
Фон Бок был близок к отчаянию. И в этот момент ему позвонил начальник 
оперативного отдела генштаба Хойзин-гер:

— Фюрер хочет знать, когда можно будет объявить об окружении Москвы?

Бок не стал с ним говорить и потребовал к телефону главнокомандующего Браухича.

Интересный разговор состоялся между фон Боком и Браухичем.

Бок: Положение критическое. Я бросаю в бой все, что у меня есть, но у меня нет 
войск, чтобы окружить Москву... Я заявляю, что силы группы армий “Центр” 
подошли к концу.

Б р а у х и ч: Фюрер уверен, что русские находятся на грани краха. Он ожидает 
от вас точного доклада: когда же этот крах станет реальностью?

Бок: Командование сухопутных войск неправильно оценивает обстановку...

Б р а у х и ч: Но за исход операции отвечаете вы!..

Бок: Верховное командование просчиталось. Прошу доложить фюреру, что группа не 
может достичь намеченных рубежей. У нас нет сил. Вы меня слышите?

Б р а у х и ч: Фюрер хочет знать, когда же падет Москва?

Понимая, что Браухич или умышленно не слышит его, или боится услышать, чтобы 
потом не сообщать неприятные вести Гитлеру, фон Бок после разговора по телефону 
послал ему еще телеграмму такого же содержания.

Это был крах, бесславный конец операции “Тайфун”.

Сталин и Жуков вцепились в противника мертвой хваткой, не давая ему возможности 
оторваться, передохнуть, закрепиться на промежуточном рубеже. С точки зрения 
военного искусства это были блестящие контрудары, так как не было нашего 
превосходства в силах, которое необходимо для наступления. Три новые армии, 
выделенные Сталиным, прибавили мощи Западному фронту, но все же при подсчете 
соотношения сил они не давали нашей стороне необходимого превосходства: 
гитлеровцы имели живой силы в 1,5 раза больше, артиллерии — в 1,4, танков — в 1,
6 раза больше.

Но все-таки войска шли вперед, те самые войска, которые выстояли в тяжелейших 
оборонительных боях. Наконец-то, впервые за войну, они шли вперед, чего так 
долго ждали вся армия и весь советский народ!