голословным, забегая вперед, скажу, что по фортам No 5 и No 5а было выпущено по 
500-600 снарядов из наших самых мощных орудий (203- и 280-миллиметровых), но 
разрушить их так и не удалось. Между фортами были построены доты и другие 
железобетонные оборонительные сооружения. И все это было связано несколькими 
линиями траншей. Подступы к первому рубежу прикрывались системой 
противотанковых и противопехотных заграждений: противотанковым рвом, минными 
полями и проволочными заборами. Правда, на макете противотанковый ров выглядел 
безобидной канавкой, но в действительности же она, эта "канавка", была шириной 
10 и глубиной 3 метра, с кирпичными стенами, и могла стать могилой как для 
танков, так и для пехоты, поскольку была заполнена водой. Каждый форт - это 
выступающее вперед и развернутое по фронту шестиугольное сооружение (360Х180 м),
 окруженное противотанковым рвом и земляным валом и имеющее четыре капонира: 
один - впереди, два - по бокам и один - с тыла. Они соединены между собой 
подземными ходами сообщения - потернами, трехметровые стены капониров сложены 
из кирпича и скрыты под толщей земли. В центре форта - трехэтажное кирпичное 
сооружение, укрытое толстым слоем земли, на котором успели вырасти большие 
деревья. 

Видя на макете, как сеть линий, обозначивших направления огня артиллерии и 
пулеметов, укрытых в капонирах и дотах, густо перекрещивалась на подступах к 
фортам, мы серьезно задумывались над тем, как обезопасить от этой угрозы 
штурмующую пехоту. 

Второй оборонительный рубеж проходил по окраинам города. Основой его являлись 
особо прочные, приспособленные к обороне каменные здания, баррикады и доты. 

Он усиливался также многочисленными ирригационными каналами. Третий рубеж 
опоясывал центральную часть старого города и включал в себя девять старинных 
фортов и наиболее мощные, приспособленные к обороне каменные постройки. А в 
самом центре города, на высоком берегу реки Прегель, господствуя над городом и 
окрестностями, громоздился старинный королевский замок, в котором засело 
несколько тысяч самых оголтелых фашистов. Здесь Кенигсберг был сплошь 
перегорожен баррикадами, завалами, опорными пунктами и узлами сопротивления. На 
всех площадях, перекрестках, в скверах и парках были сооружены доты, закопаны 
танки и штурмовые орудия. Во всех этих фортах, капонирах, дотах, в укрепленных 
зданиях и других оборонительных сооружениях засело 130 тысяч гитлеровцев, 
готовых сражаться до последнего патрона. Не следует забывать при этом, что это 
огромное войско располагало помимо всего прочего четырьмя тысячами единиц 
артиллерии и более чем сотней танков и штурмовых орудий. 

На макете яркой красной краской были обозначены участки прорыва на направлениях 
ударов войск 43, 50 и 11-й гвардейской армий, на плечи которых ложилась 
почетная, но неимоверно трудная миссия - штурмовать город-крепость. Существо 
замысла операции заключалось в следующем - рассечь оборону Кенигсберга мощными 
и стремительными встречными ударами с северо-запада и юга. С северо-запада 
должны были нанести удар войска 43-й и два корпуса 50-й армии, с юга - основные 
силы 11-й гвардейской. В центре города, на северном берегу реки Прегель, им 
надлежало встретиться. С востока сковывающие удары на широком фронте наносили 
дивизии 69-го стрелкового корпуса 50-й армии. В то время пока эти три 
объединения будут дробить на части Кенигсбергский "орешек", другие три армии - 
2-я гвардейская (она прибыла в состав нашей группы значительно позднее), 5-я и 
39-я - наступлением на Земландском полуострове отбрасывали войска группы 
"Земланд" к морю, в общем направлении на Пиллау, обеспечивая внешний фронт 
окружения Кенигсбергского укрепленного района. 

Примерно к середине марта командный состав армий, участвовавших в штурме, уже 
знал в общих чертах свои задачи. Командармы начали подготовку войск к 
предстоящей операции. 

12 марта, когда главные силы фронта под командованием маршала А. М. 
Василевского уже заканчивали подготовку к мощному удару по хейльсбергской 
группировке немцев, генерал К. Н. Галицкий доложил мне, что 36-й гвардейский 
стрелковый корпус готов к наступлению на Бранденбург. Я сразу же поспешил в это 
соединение. Командир корпуса генерал-лейтенант Петр Кириллович Кошевой сообщил, 
что в его полосе наступления обороняются остатки моторизованной дивизии СС 
"Великая Германия", несколько пехотных полков и спецчастей из Прибалтики. У них 
было свыше 30 танков. Разгромить эту группировку предстояло 16-й и 18-й 
гвардейским стрелковым дивизиям. 

Убедившись, что наступление подготовлено всесторонне, я доложил об этом маршалу 
Василевскому. 13 марта он сообщил мне, что, несмотря на моросящий дождь и 
плохую видимость, войска фронта начали наступление против хейльсбергской 
группировки. Я проинформировал его, что мы тоже не отстаем: в 12 часов 40 минут 
части 16-й гвардейской стрелковой дивизии вторглись в оборону противника, 
овладели деревней Вердинген и перерезали шоссе, связывающее Бранденбург с 
Кенигсбергом, но, поскольку вражеские части беспрерывно контратакуют, 
наступление застопорилось. 

- Принимайте меры и завтра доложите о результатах, - спокойно распорядился А. М.
 Василевский.