епления дружбы и сотрудничества между 
Советским Союзом и другими социалистическими странами». В Декларации 
говорилось: «Как показали события последнего времени, возникла необходимость 
сделать соответствующее заявление о позиции Советского Союза во 
взаимоотношениях СССР с другими социалистическими странами, прежде всего в 
экономической и военной областях». Эта Декларация уже 30 октября была передана 
по радио, на следующий день она была опубликована в прессе.
     Вечером 30 октября начался вывод войск из города. В связи с 
продолжавшимися нападениями на советских военнослужащих вывод войск 
осуществлялся под охраной танков. Они были «вкраплены» в транспортные колонны с 
орудиями, развернутыми вправо и влево. Такого рода «елочка» позволяла в любую 
минуту подавить пулеметное гнездо мятежников. А те не щадили даже санитарные 
машины, вывозившие раненых из советского госпиталя в Будапеште. В одной из них 
погиб фельдшер и получили повторное ранение солдаты, которых он сопровождал.
     Тем не менее к исходу дня все советские соединения и части были выведены 
из города и сосредоточились в 15—20 километрах от Будапешта. Штаб Особого 
корпуса развернулся на аэродроме в Текеле, в месте базирования одной из его 
авиационных частей. В районах сосредоточения войск приводили в порядок технику 
и вооружение, запасались боеприпасами, горючим и продовольствием.
     Казалось бы, возникали политические методы выхода из конфликта.
     Однако к этому моменту ситуация в Москве изменилась на сто восемьдесят 
градусов. Известные к настоящему времени документы не позволяют окончательно 
ответить на вопрос о причинах, заставивших Н.С. Хрущева резко пересмотреть свои 
взгляды на венгерские события. Очевидно, их несколько.
     Главную роль, на наш взгляд, сыграли внешние факторы. Суэцкий кризис конца 
октября (30—31 октября израильские, английские и французские войска начали 
боевые действия против Египта) был воспринят в Кремле как симптом недопустимого 
ослабления советского влияния в мире Это и побудило советское руководство к 
демонстрации военной мощи в Венгрии. Если мы уйдем из Венгрии, это подбодрит 
американцев, англичан и французов. Они расценят это как нашу слабость и будут 
наступать.., — рассуждал Н.С. Хрущев*. Тем более что антиегипетская акция трех 
стран, которая, к слову, не была поддержана США и осуждена многими западными, и 
не только левыми, политиками, становилась тем внеш
     * Советский Союз и венгерский кризис 1956 года. Документы. М., 1998. С. 
479
603
ним фоном, на котором советская акция в Венгрии могла бы вызвать более 
снисходительное отношение. Кроме того, государства Восточной Европы являлись по 
итогам Второй мировой войны признанной зоной влияния СССР и членов Организации 
Варшавского договора. Поэтому прямое противоборство там с Западом 
представлялось маловероятным. США и НАТО, считая события в Венгрии чисто 
внутренним делом советского блока, не предпринимали сколько-нибудь серьезных 
усилий оказать давление на СССР. По свидетельству бывшего министра обороны ФРГ 
Ф.-И. Штрауса, «не могло идти и речи о военном вмешательстве НАТО»*. Тем более 
что правительство США, используя различные дипломатические каналы, сумело 
довести до сведения Кремля о своей решимости сохранить полный нейтралитет в 
отношении возможных советских действий в Венгрии**. Да и сам американский 
президент Эйзенхауэр был занят предвыборной кампанией.
     Не менее значимые, на наш взгляд, причины крылись в неуравновешенном, 
импульсивном характере Н.С. Хрущева, а также начатой еще после смерти Сталина 
борьбе за власть в ЦК КПСС. Так, югославский посол в СССР В. Мичунович 
рассказывал, что во время встречи с Тито, которая проходила инкогнито 2—3 
ноября 1956 года на острове Бриони, Хрущев заявил, что СССР не может позволить 
реставрацию капитализма в Венгрии. Это связано с тем, что в Советском Союзе 
есть немало людей, которые восприняли бы все это примерно следующим образом: 
при Сталине все были послушными и не было никаких беспорядков. А с тех пор, как 
эти... (тут Хрущев употребил крепкое выражение применительно к советским 
руководителям) пришли к власти, начался развал, Венгрия уходит... И все 
происходит именно в тот момент, когда советское руководство начало кампанию по 
осуждению Сталина.
     По словам Хрущева, как вспоминал В. Мичунович, подобное первыми начнут 
говорить в Советской армии***.
     Определенное влияние на бескомпромиссную позицию советских руководителей 
оказал и сам ход событий в Венгрии: усилившийся разгул террора и, в частности, 
разгром будапештского горкома партии, в результате которого был смертельно 
ранен секретарь горкома Имре Мезе и зверски убиты 24 защищавших его венгерских 
солдата.
     1 ноября премьер-министр Имре Надь вручил Андропову ноту с требованием 
начать вывод советских войск. В этот же день, в 4 часа дня, состоялось 
экстренное заседание Совета министров Венгрии, единогласно
     * Штраус Ф.-И. Воспоминания. М., 1991; Цит. по: Войны и вооруженные 
конфликты второй половины XX века / Под общ. ред. Б.В. Громова. М., 2003. С. 
160.
     ** Исламов Т.М. Венгерское восстание 1956 г. в отечественной историографии 
// Вопросы истории. 1997. № 11. С. 54.
     *** Micunovic V. Moskauer Tagebucher 1956-58. Stuttgart, 1982. S. 173-197: 
Мусатов В.Л. СССР