еленном пункте. Чрезвычайное положение было объявлено советскими 
оккупационными властями в 10 из 14 округов, в 167 из 214 районов советской зоны.

     
     
     Лейтенант В.Г. Окороков во время занятий на советском полигоне в г. Гримма.
 ГДР, 1953 г. (архив автора)
     
     * Родина. 1998. № 8. С. 35.
     ** Конфликты XX века. Иллюстрированная история. М, 1995. С. 290. По другим 
данным, на 22 часа 15 минут 18 июня 1953 года в вооруженных стычках убито 21 и 
ранено 126 мятежников (См.: Абин Н. Июнь 1953 г.: Повторный штурм Берлина // 
Независимое военное обозрение. 2003. 20 июня).
     *** Конфликты XX века. Иллюстрированная история. М., 1995. С. 290.
     **** Абин Н. Июнь 1953 г.: Повторный штурм Берлина // Независимое военное 
обозрение. 2003. 20 июня.
     ***** АВП РФ. Ф. 06, оп. 12 а, п. 51, д. 301, л. 51; Платошкин Н. Жаркое 
лето 1953 года в Германии. М., 2004. С. 329.
     ****** АВП РФ. Ф. 06, оп. 12 а, п. 51, д. 301, л. 51; Платошкин Н. Жаркое 
лето 1953 года в Германии. М., 2004. С. 333.
576
     Согласно подсчетам правоохранительных органов ГДР и советской военной 
администрации в Восточном Берлине и по всей республике, в акциях протеста 
приняло участие: 17 июня — свыше 470 тыс. человек, 18-го —свыше 242 тыс., 19-го 
— около 50 тыс., 20-го— 13 тыс. Всего было задержано 8844 человека. В первые 
дни, когда на улицах городов происходили массовые беспорядки, 18 наиболее 
активных их участников были расстреляны по приговорам военных трибуналов. После 
фильтрации 3369 человек вышли на свободу, 1832 остались под арестом и после 
суда по этапу отправлены в советский ГУЛАГ. Проверка остальных 3643 человек 
продолжалась до середины июля 1953 года. Значительная их часть была отправлена 
в советские лагеря*.
     В принципиальном плане следует отметить, что советские войска старались 
непосредственно не вмешиваться в столкновения с демонстрантами и прибегали к 
оружию только для самообороны и защиты основных правительственных зданий. На 
некоторых участках границы с Западным Берлином Советская армия установила 
противотанковые орудия и обустроила пулеметные гнезда. Патрули на танках и 
бронетранспортерах имели задачу психологического воздействия на восставших. 
Только благодаря такой щадящей тактике и удалось избежать больших жертв.
     Иную картину восстания рисуют западные источники.
     По эмигрантским данным, советскими солдатами был открыт огонь, приведший к 
многочисленным жертвам. Были зафиксированы случаи «массового отказа советских 
военнослужащих стрелять по бастующим рабочим», в результате чего было 
расстреляно 18 солдат и офицеров** (по другим данным — около 40). Назывались 
даже звания, имена и фамилии некоторых из них. Приводились также факты перехода 
советских военнослужащих в западную зону Берлина. Очевидно, эти «факты» в 
большей мере относятся к разряду легенд или, что вероятнее, к деятельности 
западных спецслужб, работавших в области психологической войны. Во всяком 
случае, в докладе верховного комиссара США в Берлине Конанта Государственному 
департаменту 25 сентября 1953 года, в частности, говорилось: «Советская армия 
продемонстрировала способность к быстрой мобилизации и подавлению волнений по 
первому приказу... Советские войска продемонстрировали чрезвычайно высокую 
дисциплину, самообладание и выдержку, что явилось неожиданностью для всех, но в 
первую очередь для восточных немцев»***.
     После событий 1953 года при активной помощи Советского Союза стала 
создаваться Национальная народная армия (ННА) ГДР. Главными военными 
советниками ННА являлись: генерал-лейтенант Д. Ку
     * Абин Н. Июнь 1953 г.: Повторный штурм Берлина // Независимое военное 
обозрение. 2003. 20 июня.
     ** Свобода. 1953. № 19 (декабрь). С. 8.
     *** Гаврилов В., Шепова Н. Цепь тяжких ошибок // Независимое военное 
обозрение. 2003, 6 июня.
577
приянов (1953—1955) и генерал-лейтенант А. Нечаев (1955— 1960). Всего с 1953 по 
1991 г. в ННА выполняли определенные задачи 14 220 советских военнослужащих, в 
том числе 578 генералов и адмиралов, 10 929 офицеров, 260 прапорщиков и 
мичманов, 574 человека срочной службы и 1879 рабочих и служащих*. Стали 
укрепляться органы МГБ и полиции**.
Белый дом сделал свои выводы. По мнению американских
стратегов, июньские события в Германии стали «прекрасным» поводом для 
развертывания масштабной антисоветской пропаганды.
     18 июня 1953 года положение в Германии обсуждалось на заседании Совета 
национальной безопасности США. По его итогам Советом по ведению психологической 
войны был подготовлен план (директива PSB D-45), получивший примечательное 
название: «Временный план США по извлечению выгоды из волнений в Восточной 
Европе», был утвержден на заседании СНБ 29 июня и стал именоваться директивой 
СНБ № 158. Его основной целью стала дискредитация Советского Союза в глазах 
мировой общественности. Помимо этих пропагандистских мер, директива СНБ № 158 
предусматривала завершение создания так называемого «Добровольческого корпуса 
свободы», то есть военной организации эмигрантов из социалистических стран, 
которой надлежало в случае повторения беспорядков принять в них активное 
участие***.
     Пролитая в Германии кровь не заставила Берию, принявшего активное участие 
в решении «Берлинской проблемы», отказаться от своего плана объединения страны. 
В беседе с Судоплатовым он высказал мнение, что после подавления восстания и 
демонстрации советской силы западные державы проявят еще больший интерес к 
возможным советским инициативам по мирному объединению Германии. Но его 
замыслам не суждено было
     
     
     Выезд советских офицеров в г. Потсдам. ГДР, 1953 г. (архив автора)
     
     * Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины XX 
века. М., 2000 /Под редакцией В.А. Золотарева. С. 137.